— Решать тебе, мое дело предложить — твое согласиться или отказаться. Ну что же, приступим?
— Что, прямо сейчас? У меня Защита от темных искусств! — возмутился Люпин.
— Не бойся, — ответил я, снимая иллюзию с кабинета и открывая вид на уже подготовленную мастерскую. Не в Авейлон же мне его тащить? — Она моя знакомая, я уже предупредил ее, что тебя не будет.
***
Урок третьего курса Гриффиндора и Слизерина, Защита от темных искусств.
— Не могу дождаться начала урока, я слышал, что новая учительница просто бомба, — ерзал на стуле Джеймс.
— Эй, ты говоришь о моей кузине вообще-то! — возмутился Сириус, который к своей родственнице не мог испытывать тех чувств, которые испытывала… вся школа. По крайней мере парни уж точно. И ему было не особо приятно это видеть. Пусть Беллу он не особо и любил за ее радикальные взгляды и издевательское отношение как к маленькому, но такое слюнопускание ему не нравилось. — Интересно, а куда Римус пропал?
— Рада слышать, мой милый Сири, что ты защищаешь свою любимую старшую сестренку, — послышался над ухом Блэка такой томный голос, что Поттер, сидящий рядом с ним, прикрыл пах учебником. Белле нравилось дразнить Сириуса, но после того, как ей промыли мозги, она относилась к нему… Скажем, не очень хорошо. Благо, что выражалось это в большей степени игнорированием.
— Что? Как ты вообще здесь появилась? — чуть не упал со стула и начал озираться Сириус.
— Об этом сегодня и пойдет речь, — девушка на этот раз была одета во вполне приличную мантию, так как ловить похотливые взгляды школьников… Ну такое себе. Старшекурсников еще куда ни шло, и вот тех можно немного подразнить, заодно вбивая мелкими проклятьями науку, что отвлекаться на врага нельзя, даже если это будет голая вейла. После пары учеников, сбежавших с поносом, остальные осознали серьезность и коварность новой учительницы, которая не просто учила по учебникам или обучала новым чарам, а показывала, как небольшими хитростями можно победить. — Скрывающие чары и их разновидности.
— Профессор Блэк, но по учебнику мы должны изучать сейчас другую тему, — громким голосом проговорила Лили Эванс.
— Силенцио, — проговорила вслух Белла название чар, чтобы остальные поняли, что она склеила губы девушки, а не потому, что ей нужно было их произносить. — Во-первых, на моих уроках говорить разрешается только с моего разрешения. А во-вторых, я решаю, какая у нас будет тема. Что там у вас, гриндилоу? Ломать им пальцы? И как же вы это сделаете, если не умеете использовать чары невербально, а гриндилоу водятся только в воде и плавают в разы лучше вас? Впрочем, не отвечайте, я вижу, что не можете. Сегодняшняя тема урока — скрывающие чары. При столкновении с намного более сильным противником, есть только два способа выжить — сбежать и скрыться.
Белла рассказывала обстоятельно и приводя примеры из жизни, когда именно сокрытие помогало выжить, стать сильнее и, вернувшись, победить противника. Блэк не просто так давала эту информацию, она действительно была полезной в отличие от сведений, как победить красных колпаков или пикси. Ведь те же чары Диффиндо или Ступефая одинаково хорошо работают на всех слабых существах, а вот как справляться с более сильными? Никак, только бежать, скрываться и ждать подкрепление. Дети довольно быстро полюбили уроки с довольно строгой, суровой, но красивой и интересной учительницей. Которая после урока, никем не замеченная благодаря чарам и подконтрольному Халу Хогвартсу, отправилась в комнату к Пирсу.
***
— Ну давай, воскресай, зараза! — в мастерской Влад начитывал сложные чары воскрешения и накладывал их на Люпина. Для Пирса эти чары до сих пор были очень сложны, из-за чего они постоянно срывались. Наконец-то грудная клетка Римуса начала мерно вздыматься и опускаться. — Фух, чуть не отлетел, волчонок.
— И чем ты тут занимаешься? — спросила Белла, войдя без стука. Влад к этому уже привык и просто кивнул ей.
— Да вот, пытаюсь его вылечить от оборотничества, а он дохнет, зараза. Вирус мешает, наверное, все же придется его сначала достаточно ослабить, а потом уже внедрять образ здорового тела, — вытерев пот со лба, ответил ей Влад. Доротея в форме феи подала ему левиосой стакан сока. — О, спасибо, милая, пить охота как никогда.
— Так его поэтому не было на моем уроке? — поинтересовалась Белла с любопытством рассматривая худощавого парня в ритуальном круге с гаснущими рунами.
— Ага, ты уж его несильно ругай, делом занят, как видишь. Наверное, придется его тащить все-таки в Авейлон, а то я точно не успею до ужина, а растягивать лечение как-то не очень хочется. Увидят остальные, что он ко мне шастает, и появятся некоторые вопросы.
— Дело твое, — ответила Блэк, при этом ехидно улыбнувшись. Кажется, она была совсем не против посмотреть, как бы Влад потом пытался развеять подобные сплетни. — А я сегодня первые уроки провела.
— И как? — поинтересовался Пирс.
— К моему удивлению, мне понравилось. Вспомнила, как сама училась в Хогвартсе и что мне не нравилось в учителях, — с легкой улыбкой произнесла Белла, погружаясь в приятные воспоминания, которых у нее и так было немного. Кто бы мог подумать, что такой девушке, как Белла, может понравиться преподавать?
— Ностальгия, — кивнул Влад. — Ну что же, потащили парня тогда к нам. Белла ты с нами или к своему яйцу побежишь?
— Его Ёрмунд зовут! — возмутилась немного зарумянившаяся девушка, которую теплые и непривычные чувства, которые она чувствовала к фамильяру, сильно смущали. — И он не яйцо, он василиск. Просто маленький еще.
— Ты уже и имя ему придумала?
— Нет, он мне сказал, что так его назвал создатель, — Влад же отметил, что Ёрмунд очень похоже на Ёрмунганд. — И вообще, ты сам со своей Доротеей носишься.
— Так я и не спорю. Сам такие же чувства испытываю к своей малышке, — не стал отрицать парень, гладя млеющую фейку. — Просто ты реагируешь забавно, вот и не поддевать тебя сложно.
Влад ушел вместе с Доротеей и левитируемым пациентом в Авейлон, но Белла не отправилась за ними. Ей было тяжело менять свой характер и признавать свои чувства. Радоваться так же искренне, как в Редзенпаку, как семья ее сюзерена, как Пандора. Показывать гнев, презрение, раздражение она еще могла, но вот радость и счастье ее семья выкорчевывала из нее годами. Первая подруга, первый питомец, даже первую любовь и честь у нее забрали. А Влад ей все это вернул, у нее появились подруги, появился фамильяр, он дал ей работу, которая ей нравится и свободу делать и вести себя так, как она хочет. Она понимала, что к Владу начинает чувствовать нечто большее, чем долг, дружбу и благодарность… Но, закрыла эти чувства в себе и предпочитала не думать на эту тему. Ее рациональная часть подсказывала, что она может путать настоящие чувства с долгом и признательностью, а лишние эмоции и привязанности могут помешать ее главной цели — мести. Вот расправится с Держимордой, и тогда… Тогда она станет действительно свободной и сможет разобраться в себе и своих чувствах. Помотав головой, она решила сходить к своей сестренке Цисси.
Нарцисса нашлась в гостиной Слизерина. При виде преподавателя и, как было прекрасно известно слизеринцам, правой руки Темного Лорда, ученики испытывали страх и благоговение. Желание познакомиться и попросить замолвить за них словечко у Волдеморта, а также познакомиться с красивой девушкой, которая ненамного их старше, боролось со страхом перед темной леди дома Блэков и ее жесткостью как на уроках, так и на рейдах. Так что, в итоге, к ней никто не подошел, ожидая, что она сама это сделает. Но девушка, к их разочарованию, лишь позвала еще одну красавицу, свою сестру за собой и увела ее наружу.
— Ну что, привет, сестренка, как поживаешь? — доброжелательно спросила Белла Нарциссу, приведя ее в свою комнату.
— Сестренка? Когда ты меня так называла последний раз? Лет пять назад? — устало спросила Цисси.
— А ты против? — вызвав хогвартского домовика и заказав чай со сладостями, спросила брюнетка, печально отметив в уме, что именно пять лет назад она впервые познакомилась с Гонтом. И тогда же была заключена помолвка с Родольфусом. Ну ничего, они оба ответят еще и за это, уж Белла постарается.
— Нет, но… неважно, — отмахнулась она. — Дела в последнее время не очень. Темный Лорд вызывал отца Люциуса, Абраксаса и, в общем… перестарался. Он сейчас лежит в коме в семейном мэноре под присмотром личного целителя, но тот никаких гарантий не дает. Люциус и после той дуэли еще до конца не оправился — Лорд выказал недовольство его проигрышем, а теперь еще и это…