— Хагрид, а что если я скажу тебе, что твоя работа будет заключаться в воспитании зверей? Драконов, василисков, единорогов, фестралов и прочих. И никаких запретов! — вот тут-то блеклые глаза полувеликана загорелись. Недавно, найдя у Хаято часть крови титанов, я задумался о том, что великаны могут быть также их потомками. И если это так, то жребий Рубеуса — уход за животными. Я продолжил как змей искуситель: — А еще у меня есть трактаты о древнем умении анимагии, позволяющим общаться с животными.
— Том также мне говорил, а потом обманул, — махнул рукой лесник. — Вот коли покажешь мне животинок. Я, так и быть, подумаю.
— Без проблем. Только, Рубеус, могу я тебя попросить дать магическую клятву не говорить никому о том, что увидишь? Видишь ли, место, в котором они все находятся, дорого мне, боюсь я, что и мне, и животным злые люди навредят, если узнают.
— Даже Дамблдору? — спросил он.
— Даже ему. Но я могу также поклясться, что говорю тебе правду, — прося от других клятв, будь готов их давать сам. Я всегда стараюсь делать клятвы не слишком обременительными и односторонними, чтобы люди или не совсем люди, не желали их обойти.
— А давай, любопытно мне больно! — хлопнул по тяжеленному дубовому столу полувеликан так, что тот аж подпрыгнул. Договор у меня был уже готов, и я провел Хагрида в лесную часть Авейлона, где уже давно все цвело и пахло, а вокруг было множество животных.
— Тут нет браконьеров, людей или магов, только первозданная природа, — сказал ему я, наблюдая, как полувеликан подходит к единорогу и ласково его гладит. Тот радостно заржал и подставил шею. Удивительный талант к общению со зверями, который никто не развивал. Я протянул ему руку, замечая, как единорог шарахнулся от меня как от чумного. Ну да, чует он мой истинный облик. — Возьми меня за руку, я покажу тебе еще одно место.
Мы переместились в хранилище яиц. Тут в стазисе находились сто тридцать четыре штуки: два я испортил и еще одно использовалось в ритуале создания фамильяра Пандоры.
— Это все драконы? — с благоговением сказал он, попытавшись погладить одно из них, но натолкнулся на защитное поле.
— Не только, еще есть пять василисков и несколько потенциально разумных акромантулов, — последние оказались потомками арахн — полулюдей-полупауков.
— Я чувствую, что одно из них зовет меня, — сказал мне зарыдавший Хагрид.
— Эй, ты чего? — спросил его я.
— Я всегда мечтал иметь дракона, а теперь он сам зовет меня, — он повернулся ко мне. — Ты ведь отдашь его мне?
— В этом-то и проблема, Рубеус. Никто не позволит тебе иметь дракона, даже если он станет твоим фамильяром. Его заберут в заповедник, а потом, когда он подрастет, забьют на ингредиенты, — возможно я перегибал палку, но это была чистая правда. — Но здесь, в этом мире ты можешь иметь столько драконов, сколько захочешь. Ты станешь воспитателем новой расы.
— У меня долг перед директором, — вытерев слезы, сказал он.
— Твой долг давно выплачен. Сколько ты работаешь на него? Тридцать лет? Твой долг давно выполнен, пора пожить для себя.
— Ты так думаешь? Может, ты и прав, — пробормотал он. — Мне надо подумать.
— Думай сколько потребуется, — но я знал, что как только он услышал зов фамильяра, он теперь мой. Точнее не так, он не будет полностью верен мне, но будет верен именно животным. Доротея пыталась учить шумерскую анимагию, но… Она больше по растениям, нельзя уметь все. А от меня животные вообще шарахаются и разбегаются, если я не использую свою ауру вейлы. После возвращения лесника домой следующей моей остановкой стал английский ковен вейл.
***
Ида уже давно была немолода, но все так же, как могла, охраняла своих девочек в ковене, стараясь, чтобы они попали в хорошие руки. После прошлого бунта, когда погибло десять ее подруг, уже никто не думал о свободе. Магов больше, маги сильнее, и вейлам запрещено иметь волшебные палочки. Более того, на них еще навесили браслеты, блокирующие их ауру. Иронично, что это браслет, созданный во Франции для того, чтобы молодые вейлы не провоцировали окружающих неконтролируемой аурой, используется в Англии для их заточения. Теперь рядом с выходом из ковена всегда стояли в патруле два аврора, которые любили превысить свои полномочия и завалить одну из ее девочек. Ида могла на это только бессильно смотреть, сжимая зубы, и ведь даже себя взамен не предложишь, как раньше — стара она стала для такого. Прозвенел звонок, а это значит, что пришел очередной клиент.
— Я Ида, глава ковена вейл. А вы, мистер… — Ида внимательным и наметанным взглядом рассмотрела пришедшего. Дорогая, но не вычурная мантия, такие же ботинки, обруч с драгоценным камнем и невероятная красота как для мужчины. Она сначала подумала, что это молодой Малфой пришел поразвлечься — Абраксас в свое время захаживал часто к ней, пока не женился. Но нет, черты совершенно другие и волосы светло-желтые, а не платиновые.
— Владимир Пирс, — усмехнулся Влад, испытывая сильное чувство дежавю.
— Знакомое имя, мы не встречались с вами раньше? — вейла также вспомнила это имя. Нечасто у нее покупали самую уродливую девушку.
— Ариэль, мой отец купил ее и продлил свой род, как и хотел, — теперь Ида окончательно вспомнила того человека. — А также браслет на вашем запястье моих и ее рук дело. Мне жаль, что его используют в качестве ошейника.
— Это не ваша вина. Мы, вейлы, уважаем вас за то, что вы хоть что-то сделали для нас. Так чем я могу вам помочь? Любая девочка будет рада возлечь с вами, — на этот раз искренне, а не притворно сказала она. Все же спать с красивым и вежливым молодым человеком, который немало сделал для вейл, не то же самое, что с извращенными стариками.
— Я бы хотел освободить вейл, сколько их у вас? — поинтересовался с ленцой Пирс.
— Пятьдесят четыре… Но как? ВЫ готовы потратить на нас столько денег? — удивилась и обрадовалась вейла.
— Деньги у меня есть. Вот только я не хочу оставлять их Министерству Магии, которое занимается насилием и продажей вейл. Охранники оглушены, а когда очнутся, будут считать, что на них напал Волдеморт. У нас есть где-то полчаса до принятия вами решения, — сказал им Влад.
— Но ошейник… — прежде чем она договорила, тот упал с ее шеи.
— Стоит разрушить узел, и все ошейники освобождаются. Вы никогда не думали, почему у вас привязка идет именно к дому? — доппели отлично справились и нашли артефакт привязки ошейников, который находился на чердаке во флигеле.
— Все было так просто?
— Чем проще — тем надежнее. Да и крепче тот поводок, что мы сами на себя надеваем. Так что насчет решения? Время не ждет, — Ида кивнула и побежала собирать девушек. Справилась она за десять минут, что можно считать реально отличным результатом, учитывая, что сейчас раннее утро и девушки отсыпались после бурной ночи.
— Господин Пирс решил помочь нам сбежать, — сказала всем Ида. — И сейчас мы решаем, бежать вместе или оставаться всем. Вы уже заметили, что ошейники отключились, и волшебники нас так просто не простят.
— В гробу я видала этих магов, — зажгла одна из девушек на руке огненный шар и стала превращаться в гарпию. — Пускай только подойдут ко мне, я им хер с яйцами прожарю!
— Да, почему мы должны слушаться какого-то мужика? Он такой же, как и они, просто хочет поиметь нас всех! — закричала другая.
— Довольно! — вроде бы тихо сказал Влад, но услышали все. А потом всех придавило аурой вейлы такой силы, будто это они детишки перед матриархом вейл. Пирс притянул к себе огонь девушек и раскрыл за спиной огромные серые крылья. Спорить сейчас было смерти подобно, и ему нужна была шоковая терапия. — Я не какой-то мужик, а один из вас. И я предлагаю вам свободу и возможность отомстить в будущем чистокровным ублюдкам, если вы того еще будете желать.
— Вейл, — неверяще прошептала Ида. — Я слышала о них только в бабушкиных легендах.
— Что за вейл? — спросила рядом стоящая маленькая девочка, обнимающая плюшевого медвежонка.
— Ходили легенды, что до нашего исхода в этот мир у нас были мужчины, но что-то произошло, и они стали рождаться все реже и реже, пока не вымерли окончательно. Именно поэтому мы перешли в этот мир, чтобы продолжать род, — Влад принял информацию к размышлению, но не перестал действовать, открывая проход в Авейлон.