Дальше было два пути: попытаться подняться на второй этаж к третьему слева окну, где находилась их невинная цель, или попытаться пройти через двери. Казалось бы, возьми метлу и вот, ты у цели. Но это была ловушка на дурака, мало того, что окна были скрыты сложной иллюзией и ты никогда не знал куда попадешь — к злобной комендантше или куда тебе надо, так еще и сигнализация сработает при попытке взлететь. Можно было бы использовать другие чары, но и тут не все так просто — пробить зачарованное стекло крайне сложно и даже если это удастся, сигнализацию никто не отменял. И все, финита ля комедия. Поэтому, путь был один.
Вскрыв входную дверь обычной «алохоморой», глупый вторженец не знал бы, что таким образом он бы сразу выдал себя. Поэтому второй вторженец вытащил из сумки ключ, который будто менял форму на ходу и, вставив его в замок, им осталось лишь подождать. Наконец, отмычка перестала дергаться в замочной скважине и с легко различимым щелчком замок отворился. Дальше, наложив на петли чары, которые не позволят выдать скрипом двух существ, они осторожно вошли внутрь. Первый хотел уже было быстро ринуться во внутрь, но второй придержал его рукой и покачал головой. Дальше им приходилось избегать контуры ловушек и сигнальных чар. Стоит отдать должное вторженцам, ведь второй будто знал куда и как наступать, а первый ступал след в след. Иногда им приходилось переносить друг друга «левиосой» и «левикорпусом», иногда прятаться от бдительных патрулей и стараться унять дыхание и сердцебиение, чтобы не выдать себя. Наконец, они вышли к своей цели, и в этот момент первый чуть не совершил фатальную ошибку, смахнув каплю пота с взопревшего лба на пол. В последнюю секунду ее успел поймать второй, осуждающе качая головой, пеняя на неопытность первого. Тот только извиняюще пожал плечами в ответ.
Самое сложное — дверь цели, ведущая в индивидуальную комнату. Такие помещения выделяются только за очки заслуг и только на год. Привилегия достойная лучшая из лучших и потому имеющая лучшую защиту. На вскрытие только магических контуров у опытного знатока чар, первого, ушло около часа. На улице занимался рассвет и следовало спешить. И вот, дверь наконец-то поддалась. Благо, что с механикой замка справилась артефактная отмычка.
Двое вторженцев с ликованием в эмоциях вошли внутрь, не забыв прикрыть за собой дверь. Они оказались в комнате, где все говорило о том, что в ней живет юная девушка. Мягкие, пастельные оттенки бежевого и нежно-голубого цветов обоев с геометрическими узорами. Движущиеся колдографии матери и, по всей видимости, друзей в рамках на полках. Наиболее часто встречалось фото длинноволосого, похожего на девочку, парня, с серьезными голубыми глазами, что не подходили столь детскому и красивому лицу. На двуспальной кровати с голубым балдахином, раскинув волосы цвета спелой пшеницы, не по-женски храпела хозяйка комнаты в позе звезды. Ее ночнушка задралась, открывая виду шелковое красное белье, но не позволяя рассмотреть подробности. В особенности начавшие формироваться и притягивающие взор округлости, которые уже почти затмили угловатость подростка. Первый сильно покраснел и второй тут же закрыл ему глаза, после чего махнув палочкой, скрыл постыдные непотребства, могущие смутить незрелый ум.
Осторожно подойдя, они направили палочку на не подозревающую об опасности девушку и… выстрелили салютом, который превратился в сияющие золотом слова:
«С Днем рождения, Аполлин»
***
— Ай, больно! — цыкнул Патрик, которому Апполин ваткой, смоченной в зелье, обрабатывала ожог на груди.
— А какого черта, вы, два идиота, пробрались в мою комнату? — Зло спросила девушка, специально шлепнув по ожогу парня, вызвав еще один стон боли. Сам виноват, я вот сразу «Протего» поставил, предсказав реакцию. К слову, девушка больше не злилась, как вначале, а скорее смущалась и была счастлива, что мы не забыли об ее дне рождения, пусть и таким способом.
— Не могли иначе меня поздравить? Я не знаю, допустим, как НОРМАЛЬНЫЕ люди? — С нескрываемым сарказмом поинтересовалась она.
— Мы не люди, вообще-то. И ты же говорила, что я занудный и редко веселюсь. Что теперь-то не так?
— Не используй мои слова против меня же. И насчет занудства, я не имела в виду, что нужно против всех правил влезать в женское крыло и ко мне в комнату! А если бы вы меня увидели в непотребном виде? Не видели же? — Засмущалась она. Патрик, держись! Не выдавай нас!
— Ну, Патрик! — Возопил я к небесам, видя, как краснеет мой друг. Эх, тебе еще столькому нужно научиться, мой ученик, подумал я, уворачиваясь от новых огненных шаров.
***
После жестокого избиения бедного волчонка, ибо меня поймать было не так уж и просто, а также восстановления комнаты после чуть не начавшегося пожара, мы наконец-то смогли сделать то, зачем пришли — поздравить и вручить подарки. Я решил прочитать речь, так как мой коллега был не в состоянии. Пусть я и накинул на него малое исцеление, снова замаскировав его под придуманные чары «Парацеллус», но морально он был полностью разбит и повержен хрупкой с виду именинницей.
— Буду краток. Апполин, я помню тебя почти все время, сколько себя знаю. — «В новом теле», мысленно добавил я.
— И все это время я не видел более прекрасной и умной девочки, а впоследствии и девушки, как ты. Как и не находил более верного друга. Пусть и не без ссор у нас было, и не без обмана, но это дело житейское и былое. Поэтому ты дорога как мне, так и сраженному наповал твоей красотой Патрику. А дорогие вещи надо оберегать, поэтому я дарю тебе это.
После чего я вытащил из своей сумки красиво украшенную деревянную коробку в красной обертке и перевязанную зеленой лентой. Апполин быстро разорвала обертку, а я ведь так старался красиво завернуть подарок. Беспощадная. Сама деревянная коробка не была подарком, но я выпендрился и трансфигурацией «вырезал» на крышке картину в виде лица самой именинницы. По бокам же были сценки из жизни с участием нас всех троих, а снизу мое лицо. Внутри находился серебряный кулон на цепочке из такого же металла, укрепленной чарами. В центре кулона была изображена стилизованная гарпия, в которой я хотел показать не только силу и хищность вейл, но и их красоту. Вместо двух глаз гарпии были вставлены небольшие сапфиры, а в руке она держала, будто огненный шар, крупный желтый топаз.
— Какая красота! Спасибо, спасибо, спасибо! — Набросилась на меня с объятьями Апполин и расцеловала от радости мне все лицо. После чего опомнилась, смутилась и спросила. — Поможешь надеть? Твой же подарок.
— Конечно, — согласился я с улыбкой, наблюдая за ревнивым взглядом пришедшего в себя волчонка. Подруга сдвинула копну своих непричесанных из-за нас волос, и я, застегивая подлую цепочку, которая никак не хотела мне в этом помогать, решил-таки обьяснить, что это не просто украшение. — Внешний вид, это скорее мои попытки сделать функциональный артефакт красивым.
— А что он может? — девушка сразу догадалась, что не все так просто с моим подарком, тем более что ранее я дарил ей браслет для вейлы и прочие магические побрякушки, вроде кольца-будильника.
— У него три свойства, — наконец-то я застегнул цепочку и почувствовал в ее эмоциях сожаление, что так быстро справился. — Первое – это предупреждение об опасности. Если кто-то или что-то хочет нанести тебе вред, причем это может быть даже случайно упавший на голову кирпич, он нагреется. Чем опаснее и ближе по времени ситуация, тем сильнее он нагреется.
— Как вредноскоп? — поинтересовался Патрик и я кивнул в ответ.
— Как вредноскоп. Только в более удобной форме. Второе его свойство — это автоматическая установка магической защиты при опасности или по желанию мага. Это можно сделать нажатием на зеленый камень, — я не стал говорить, что амулет — это почти что побочный эффект моих исследований. Я только-только смог научиться запихивать эфирные доспехи в артефакты, да еще и без конфликтов с другими чарами.