— Это же сколько вам было? — ясно, не особо поверила.
— Возраст такой недостаток, что со временем быстро проходит сам. Мой учитель считает так же, — ага, был отклик. Все же семья Блэков следит за Финеасом и всем с ним связанным. Но стоит отдать должное, на лице девушки оставалось одно и то же безразличное выражение.
— А что же вы создаете сейчас? Или у вас пока нет проектов? — спросила она со скрытой насмешкой. Но все же какую-то долю симпатии я у нее вызывал, мол, врунишка, но симпатичный.
— Есть, но он не на продажу, а для сдачи на звание Мастера артефакторики, — снова удивил ее я. — Если хотите, я могу вам показать его сегодня вечером.
— И что это? — ей действительно было любопытно, но она старалась этого не показывать.
— Вещь, которая изменит весь магический мир. Которая позволит производить расчеты чар или ритуалов за считанные минуты, — я не собирался ей показывать магокомп. Но вот упрощенный прототип из одного кристалла? Почему нет? Тем более что это был отличный повод снять с нее ментальную матрицу абсолютно добровольно. Только мастер ментальной магии почувствует не вторжение в разум как таковой, а его копирование, как при создании доппеля. В книге Лераха я читал об архимаге доппель-магии, который со своих противников снимал матрицы и делал целые армии и гаремы из них. Конечно, матрицу еще надо будет расшифровать, но на что мне магокомп?
— Вы меня заинтриговали, но вы должны знать, что я уже помолвлена, — она не могла этого не сказать.
— Тогда можете сами назначить место и время, я совершенно не претендую на девушку, что уже занята, — я почувствовал ее облегчение и, вместе с тем, некоторую долю огорчения. Ну да, ну да, все хотят быть желанными, а тут красивый парень сказал, что не заинтересован. Но с такими девушками настойчивость скорее во вред пойдет. А вот такой баланс на уровне проявления внимания без особого интереса работает вполне. Но только в том случае, если девушка сама уже испытывает симпатию. Нет смысла показательно игнорировать красавицу, которой на тебя плевать.
— Давайте после экскурсии? Я все равно сегодня освобождена от уроков, — в этот момент мы пришли в столовую. Так как моя сопровождающая со Слизерина, то и я сел за тот же стол, напротив. Сама девушка села рядом с Люциусом Малфоем, которому легонько кивнула. Парень был красив и смазлив, как я, но более худощав и строен. Также, как и я, он был платиновым блондином и одет в школьную мантию из очень дорогих материалов. Впрочем, на меня он посмотрел мельком, без всякого проявления внимания. Он мне напоминал сказочных эльфов — таких же холодных и отстраненных, сколь и красивых. Судя по такому же значку на груди, как у Нарциссы, он тоже факультетский староста. Я приступил к трапезе, состоявшей из овсянки, тостов с джемом и тыквенного сока. Последний я пить не стал, трансфигурировав из воздуха стакан, что вызвало некое внимание окружающих, и налив в него сока из фляжки.
— Не любите тыквенный сок? — спросил меня парень, сидящий рядом. — Ох, простите, Бернард Селвин, шестой курс.
— Владимир Пирс, пятый курс, — представился я и продолжил. — Видите ли, дело не только в этом. Но и в том, что сок имеет сильный вкус и сделан из волшебной тыквы, так что подлить в него зелье так, чтобы аналитические чары не сработали верно, очень просто, — не говоря уже о том, что в него действительно что-то подлили, как раз тогда, когда я подходил. Да и место пустое было четко выделено. Ловушка на идиота.
— Вот как? Были прецеденты? — поинтересовался он, внутренне испытывая досаду.
— Были попытки, — ответил я и не соврал. Попытки от того пацана, который крылья феям выдирал, действительно были.
— И чем же они закончились?
— Медицинским крылом, — он начал улыбаться, но после дальнейших моих слов улыбка увяла. — Для пытающихся.
Через десять минут ко мне подошла Нарцисса вместе с Малфоем. Она нас представила и продолжила экскурсию. Вначале она показала постоянно передвигающиеся лестницы Хогвартса. Они постоянно перемещались с одной площадки к другой, зачастую мешая пройти в нужное место, и приходилось либо ждать, либо идти в обход. Как я понимаю, они созданы как еще одна система обороны против слабых магов или простых людей. Подтверждают это и иногда исчезающие ступеньки. Однако, из-за обветшания чар, что-то там сбилось в них. По мне, так если не могут починить, так хотя бы вырубили их полностью и сделали нормальные лестницы. Тут же дети ходят, которые летать не умеют. Дальше мне показали, где находятся гостиные всех факультетов, астрономическую башню, дом лесника, правда из окна, совиную башню, столовую, кабинет директора и кабинеты всех профессоров. Блэк не только показывала, но и рассказывала обо всем. Даже с учетом того, что Нарцисса знала разные хитрые проходы, находящиеся за статуями и картинами — тоже наследство некогда боевого замка, ходили мы немало. И если я даже не вспотел, то Нарцисса только на одних волевых шла, не показывая виду, что устала.
— Может быть, все же зайдем ко мне? Отдохнем после такой длительной экскурсии? — я как змей-искуситель специально сказал это, когда мы были неподалеку от моей комнаты, а до гостиной Слизерина еще далеко. Всю дорогу я усиливал ее симпатию к себе, а сейчас, наоборот, усилил ее желание бросить все и зайти ко мне.
— Только если ненадолго, надеюсь на вашу порядочность.
— Вы оскорбляете меня таким недоверием, — ответил я ей, открывая дверь и заходя внутрь первым. В магическом мире женщин не пропускают вперед, как раз-таки наоборот: идти первым — признак доверия. Так как в спину очень легко ударить чарами. Хотя учитывая, сколько навешано артефактов на девушку, то надо постараться, чтобы с первого удара ее оглушить. Если я не ошибаюсь, на ней даже было Око Омута — артефакт, который постоянно записывает все происходящее с его хозяином. Даже если каким-то образом его выключить, то потом будет заметно, что не хватает куска. Проведя ее в свой кабинет, я сказал в воздух: “Тинки”, — и передо мной появился ушастый эльф.
— Чем могу служить, сэр волшебник?
— Приготовь мне чаю, — ответил я ему. — Мисс Блэк, вы что-нибудь будете? Не бойтесь, это Хогвартский эльф.
— Тогда мне тоже чаю, — ответила она, после чего Тинки исчез.
— Я схожу за своим проектом в спальню, чувствуйте себя как дома, — все мало-мальски важные артефакты я храню в Авейлоне, так что пришлось сходить до чемодана и вытащить прототип. Я не переживал, что она войдет в спальню, а в кабинете у меня и так ничего нет. Магокомп-лайт, как я его назвал, представлял собой кристалл в форме хрусталя, который по центру опоясывал металлический ободок с рунами, и самого головного обода. Причем наполовину фальшивыми рунами, все как учил Финеас — в полуправде определить истину гораздо сложнее, чем в чистой фальшивке. Вернулся я как раз к тому моменту, когда домовик появился с подносом и телепортировал его на стол. — Спасибо, Тинки, можешь идти.
— Вы хвалите домового эльфа? — насыпав в чай две ложки сахара и размешав, спросила она.
— Всякое живое существо ласку любит, — ответил я, положив артефакт на стол и насыпав три ложки в чашку, пригубил. Неплохо, но я люблю менее крепкий. — Кроме разумных. Разумный и на доброе дело подлостью ответить может, если увидит в этом выгоду.
— Не могу с вами не согласиться, так вы так и не рассказали, что это за артефакт, — кивнув на кристалл, спросила она.
— Принцип действия я вам не скажу, это секрет артефактора, — развел я руками. — А вот что он делает, я вам и так рассказал. Но есть одна проблема — воспользоваться артефактом может только один человек, его владелец, потому как сугубо личный и настраивающийся. Но вам я подарю один, с двумя условиями.
— Если вы ставите условия, то я, пожалуй, откажусь.
— Нет, нет, они вас совершенно не обременят. Первое: мне нужна реклама от вас. Если он вам понравится, то прорекламируйте мой магокогитатор своим знакомым и друзьям.
— Это несложно, но не боитесь, что я присвою права на открытие себе? — спросила она.
— Патент уже зарегистрирован, и заявка на мастерство подана моим учителем. А лишняя реклама среди богатых и влиятельных лиц, на которых и ориентируется мой продукт, мне пригодится.