— Пока ничего, но вполне может. Пандора Грей проводит опасные эксперименты с чарами.
— Мы тоже их проводим, в чем проблема?
— Она колдует экспериментальные взрывные чары, причем одна и не озаботившись мерами безопасности.
— Воу, — такого я от девушки не ожидал. Я сам провожу эксперименты, даже, казалось бы, простейшие, только доппелями. И ни разу не пожалел об этом, прямо как недавно с василиском. Ведь на месте рассеявшихся двойников мог быть я. Стоило ли вообще лезть в Тайную комнату? Я считаю, что риск был оправдан, неожиданной была только сила василиска, будь он послабее, я бы смог обойтись без убийства. По результатам же я не только обезопасил замок, получил метаформу и тушку древнего чудовища, но и получил доступ в Тайную комнату, которая, как минимум, закрыта от наблюдения директора, а как максимум может таить в себе еще секреты. — Выведи маршрут, сейчас схожу посмотрю.
— Вывожу, повелитель, — с картой гораздо удобнее передвигаться по хитросплетениям Хогвартса. Более того, Хал может просчитать движения лестниц и провести в обход, если придется слишком долго ждать, например. Быстрым шагом я дошел до одного из заброшенных кабинетов с заколдованной на заглушение звуков закрытой дверью. Я и так ношу на себе личную защиту, но дополнительно накинул эфирные доспехи и выставил палочкой протего для маскировки. Открыв дверь, я услышал оглушающий взрыв, и меня чуть не сдуло наружу вместе с дверью. Девушку отбросило к стене и сильно ударило об нее, но она улыбалась, несмотря на текущую кровь.
— Дура, ты чего творишь? — наложил я на нее перстнем малое исцеление, сам же вслух произнося заклинания меньшего уровня.
— Получилось, у меня получилось усилить бомбарду без приставки максима!
— Я рад за тебя, но какого черта ты проводишь такие опыты в закрытом помещении? Вышла бы хотя бы на улицу! — возмутился я такой небрежностью.
— Мне запретили проводить испытания без присутствия учителя, — надула она губки. — А он вечно занят!
— И ты решила для этого использовать кабинет?
— Я окна открыла, — невинно сообщила она мне. — Кстати, ты обещал показать морщерогого кизляка!
Черт, еще одна Доротея на мою голову. Но та хотя бы под контролем Хала и на постоянной связи со мной. А эта неугомонная особа сама по себе.
— Зачем тебе все это? — проигнорировав последний ее вопрос, спросил я. — Ты что, Мастером чар хочешь стать?
— Да! А как ты догадался? — улыбаясь во все тридцать два зуба, спросила она. Причем на то, что она вся в саже и в разорванной одежде, ей было как-то наплевать.
— Вот такой вот я догадливый. Почему в ученицы к Флитвику не пойдешь? — починив и очистив ее одежду чарами, я подал ей руку помог подняться.
— Он не хочет, — надула она губки. — Говорит, что у него слишком мало времени, а ученики — это дело серьезное.
— Правильно говорит, — ответил я и задумался. Свой Мастер чар мне бы пригодился, да и таких реально светлых не то, что магов, а людей без капли гнили надо еще поискать. Вопрос лишь в том, согласится ли она на мои условия? — Я могу сделать из тебя Мастера чар. Но для этого мы должны подписать магический контр…
— Я согласна! — перебила меня она.
— Ты же еще не дослушала! А вдруг я тебе рабство предлагаю, сексуальное?
— А что это такое? — Господи, дай мне силы. Зачем я вообще заговорил с этим Ксенофилиусом и Пандорой. Парочка друг друга стоит.
— В общем, так. Эксперименты не проводить, ничего не взрывать, после обеда я покажу тебе контракт, подпишешь, если согласна.
— Я согласна!
— Черт, почему ты так мне доверяешь? — устало произнес я, сдерживаясь от того, чтобы не закрыть лицо рукой от отчаяния.
— Потому что Ксено сказал, что ты хороший. А он в людях не ошибается, — ответила она.
— Ну, раз Ксено сказал, тогда это все объясняет, — он же с истинным зрением видит, каковы люди внутри. — Ладно, я пошел тогда. Приберись здесь за собой.
— Хорошо, — мда, думаю, они с Доротеей поладят. А вообще я давно думал начать собирать свою команду единомышленников. Мне еще компанию в будущем открывать по продаже наших изделий. Не все же Гонту под свою руку чистокровных прибирать или Дамблдору гриффиндорцев. До активных действий еще долго, но начинать то можно уже сейчас. На обратном пути меня снова вызвал Хал.
— Что на этот раз?
— Неподалеку от вас Сириус Блэк, Джеймс Поттер и Питер Петтигрю пинают Северуса Снейпа в заброшенном кабинете, — да сколько же их тут этих, кабинетов? Заперли бы их что ли. — Ремус Люпин стоит перед дверью.
— Хорошо, сейчас пойду и посмотрю, — уже жалею, что попросил Хала сообщать обо всех происшествиях. Не школа, а цирк какой-то. Василиски в подвале, неразрешенные эксперименты, издевательства. Школу надо было назвать именем Чарльза Дарвина. Подойдя к двери, я действительно увидел стоящего рядом с ней и осматривающегося худого мальчика со множеством шрамов на лице. А присмотревшись истинным зрением, понял, что он оборотень. Уж на них я насмотрелся и их волчью породу чую. Только какой-то зашуганный он был, да и оборотень его жалок.
— Здорова, волчонок. Выступаешь соучастником преступления? — я чувствовал в нем вину, а также жалость к себе и ненависть ко второй ипостаси. — Если отойдешь, дам тебе браслет оборотня.
— С чего вы решили, что я оборотень? И откуда у вас такой браслет? В Англии его не достанешь, — вот те раз, но подумаю об этом потом.
— От тебя волчатиной воняет, — парень реально начал к себе принюхиваться, а я достал из сумки браслет. — А насчет браслета — я и моя мама изобрели его. Кстати, если захочешь избавиться от своей пушистой проблемы, заходи, поговорим об этом.
Ремус реально завис настолько, что я спокойно вошел внутрь. Там, под петрификусом валялся Снейп и его пинал в живот Поттер, а в спину Сириус. Еще один, Петтигрю с нехилой такой гнильцой в душе, с наслаждением наблюдал за этим:
— Будешь знать, как подходить к Лили, придурок. Она гриффиндорка и не для такого слизня, как ты.
— А для кого? — привлек я их внимание. — Для тех, кто вдвоем бьет беспомощного парня? Или кто за этим наблюдает?
— Это не твоё дело, переведенный. Вы уедете, а ему с нами жить, — напрягся Сириус, взяв палочку на изготовку, как и остальные. Щиты на мне до сих пор висели, но я все равно вырвал телекинезом их палочки из рук. Что заставило их чуть не описаться от страха.
— Невербально… Без палочки, — ах, да, я уже и забыл почти, что для современных магов это верх мастерства и могущества.
— Палочки детям не игрушки. А раз вы не понимаете чужую боль, то я помогу вам ее почувствовать, — как и в тот раз с парнем, отрывающим феям крылья, я соединил чувства Снейпа со всеми остальными, включая Ремуса. Да, он не участвовал, но и не остановил. Их скрючило от боли, ненависти, унижения и других малоприятных чувств Северуса. — Нравится почувствовать то же самое, что ваша жертва? Удивительно, как те, кто любят причинять боль, сами ее боятся.
Я подлечил Северуса, и мы вместе с ним вышли, оставляя квартет малолетних дегенератов корчиться на полу. Их палочки я выбросил на пол при выходе. Удивительно, но сам Снейп при тех же чувствах спокойно встал, хоть и морщился от боли.
— Вы целитель? Уж сильно быстро прошла боль, — со знанием дела спросил он у меня.
— Всего понемногу нахватался, универсальный дилетант.
— Мне бы быть таким дилетантом. Но вы зря мне помогли, в следующий раз они меня еще сильнее изобьют. Я им, конечно, отвечу, но чаще всего результат не в мою пользу. Их четверо и у них есть мантия-невидимка, — не та ли самая, интересно? Я бы на нее посмотрел чисто ради интереса. Главное, самому ее не трогать, а то родовые артефакты обычно та еще пакость.
— Все от тебя зависит.
— А что я могу? Факультет меня не поддержит, а единственная подруга отвернулась, да и не хотел я никогда полагаться на девчонку, — во его прорвало, но следующая фраза объяснила, почему. — Вы единственный кроме учителей за долгое время, кто помог мне. Кстати, как вы нашли меня?
— Ремус Люпин, — указал я себе за спину на волчонка, провожающего меня взглядом и не решающегося последовать. Он разрывался на две части между друзьями и возможностью избавиться от проклятия оборотня. А я его не обманывал, мне подопытный бы пригодился. Идеи и наработки есть, а испытать не на ком, — стоял и уж очень нервно смотрел по сторонам. — А насчет того, что ты можешь, ты сам мне и ответь.