— Не знаю как этот вирус кличут, но знаю что это точно не корона. — Знаю только то что он намного опаснее, и вылечить его невозможно.
- Интересно... — задумался Михаил. — А очаги распространения известны?
- Говорят вирус начал активно распространяться в Москве и Питере, причём одновременно! С одинаковой скоростью. Мои ребята из правительства мне рассказали что из-за этого они даже ввели какой-то супер секретный протокол, доступ к которому есть у очень ограниченного числа людей.
— Я так понимаю наши облажались, и теперь пытаются скрыть появление опасного вируса?
— Что-то в этом роде. — подтвердил тот. — Конечно 100% не известно кто создал этот вирус, наши или друзья наших. Но одно известно точно, он искуственнен. И этот факт пытаются максимально скрыть.
— Какие шансы заражения?
— Это мне не известно, зато известно что были странные случаи, будто некоторые люди после заражения, как это сказать...
— Говори как есть.
— Я думаю это сильное преувеличение, но был слушок будто некоторые люди после заражения становятся очень агрессивными, бешеными я бы сказал. — старался максимально не дезинформировать своего клиента Валерий.
— В общем понятно. — подытожил Михаил. — Спасибо за информацию, если что звони!
— Конечно!
После чего он выключил специальный не прослушиваемый сотовый телефон и положил в карман. И в этот же день направился прямиком в Александровск. Перед этим рассказав своей жене почти как есть, с учётом того что бы она держала язык за зубами, так как эта информация может быть засекречена и из-за этого у них могут быть большие проблемы.
Сейчас:
Становились бешеными? Думал он. Интересно, неужели этот вирус взял себе симптомы такого заболевания как бешенства? Он не понаслышке знал как работает бешенство, ведь много лет назад он с помощью этой заразы убил своего старого неприятеля. Кинув тому на последок несколько стеклянных бутылок, чтобы тот благополучно их съел.
Закончив с холодным душем он поспешно вытерся, затем накинул хлопковый халат в японском стиле с рисунками в стиле нихонга, и вышел в просторную гостинную.
— Бешеными... — снова размышлял он.
А ведь он помнил того молодого человека с кем ему приходилось драться, и он был очень силён! Только чудом Михаил смог одолеть столь сильного противника. Он мог становиться сильнее за счёт усиления выработки в своём теле гормонов, более того он копировал любые техники на тот момент изученными Михаилом. Его тело было прочным как камень, а скорость и сила явно была выше всех человеческих возможностей! Это был воистину самый настоящий монстр! И всё же, он смог его одолеть.
И вот теперь снова, только в глобальном масштабе. Интересно, эти заражённые люди такие же сильные как тот монстр? Если так, то дело конечно пахнет жареным. Ведь Михаил отчётливо осознавал, что не родился на этом белом свете человек сильнее него, и это он, сильнейший и умнейший человек на планете! И если он кое как с трудом одолел эту тварь, то как быть остальным? Хотя... Не может быть чтобы было всё настолько плохо, закончил свою мысль он.
Но было, было намного хуже!
ПРОБУЖДЕНИЕ
Сначала была тьма, долгая, тянущаяся, не прекращающаяся тьма. Время от времени ему приходили мысли, даже во сне, ответы на вопросы которые он хотел заполучить. Что же на самом деле произошло в его доме? Неужели это действительно был Гоша? Всё ли нормально с его семьёй? Вопросы были, ответов не было. Порой ему приходила мысль, которая пугала его, а что если я и не выходил с больницы той ночью? Что если это был самый обычный вызов, я подскользнулся на мокром кафеле и упал разбив голову. И теперь всё что со мной происходило это всего лишь игра моего воображения. Всё может быть, отвечал он самому себе.
Он мог бы лежать так ещё долго, в вечном, не проходимом сне. Но вдруг, в один момент его вытолкнуло из повторяющегося сна, где он вновь и вновь сражается со своим напарником Гошей. Это было похоже на чувство, когда прыгаешь с причала в холодную воду, чувство резкое, моментальное, вызывающее приток адреналина в кровь.
Тут же вскочив и раскрыв глаза, он оглянулся, вокруг себя он увидел лишь маленькую, больничную палату для одного человека. Окно было закрыто, а дверной проём помимо двери, закрывал толстый слой клеенки, который каждый раз приходилось прикреплять обратно на кнопки.
— Что за херня? — хотел сказать Константин но не смог.