– Не промажу! – поморщился стрелок. – Вон он, как на ладони! Стрелять?!
Второй мародёр нахмурился.
– Стреляй, конечно! Почему нет?!
– Потому что второй шоккер вон на том корабле! На лестнице стоит, видишь, нет? Кто из них кто?! Они одинаковые!
– А-аа, чёрт, и правда. Копать-колотить! Выстрел же только один! И чего нам делать?!
– Тише! Он что-то кричит!
Мародёры прислушались.
– Бейте вы их уже наконец! – кричал бегущий за кораблём шоккер. – Меня эти продукты летальной мутации разозлили! Гамадрилы бестактные!
– За гамадрилов ответишь. – процедил стрелок, а затем его лицо посетила какая-то мысль и он скосил глаза на своего напарника. – Эй! Ты его слышал?
– Ага. – ответил тот. – Он назвал нас гамадрилами и продуктами летальной мутации. Это игрок! Надо же – чуть было не перепутали! Вали второго!
И мародёр с арбалетом прицелился в стоящего на корабельной лестнице Орфа.
– Огонь!
* * * * * * *
Прошло несколько часов. После того, как Рок спрыгнул на землю и, призвав оттоколобуса, доставил Люка Взрывашкина на корабль, всё успокоилось. Маленький шоккер поднял судно на такую высоту, где его уже не могли достать ни магические снаряды, ни даже летающие механизмы, а погибшие игроки возродились в деревне Боттлбинг, присоединившись к своим товарищам «стражам» на территории Цитадели.
В тот момент, когда уснувшие Рок, Ланс и Холод наконец-то проснулись, они уже находились на острове Бесов и помогали согильдийцам в устройстве лагеря. Самодовольно улыбающийся Люк Взрывашкин в гордом одиночестве стоял у рулевого колеса посреди палубы.
Ланс вздохнул.
– Всё равно не понимаю. – сказал он, прислоняясь к бортику и рассматривая развернувшееся над кораблём звёздное небо. – Зачем им понадобилось убивать Орфа? Да ещё с Мором и Крохобором в придачу? Зачем? Хотели прикончить как можно больше? А смысл?
– Да нет в этом никакого смысла. – сказал Рок. – Разве только они продолжали охоту на Люка и подумали, что Орф – это и есть он.
– Ну, в таком случае нам просто эпически повезло. – покачал головой Ланс. – Представляете, что было бы, если бы в Люка попали в тот момент, когда мы уже практически выбрались?
– Не представляю. – ответил вместо Рока Холод. – И вы тоже не представляете. Мы ведь так и не выяснили, к какому конкретно заданию он привязан.
Рок открыл Журнал и принялся просматривать последние записи.
– Ну... Помня о том, где нам попалась его записка, я могу предположить, что он должен привести нас к Мечу. Который хранится на острове и нужен для выполнения некоего Пророчества.
– Пророчества? – Холод прищурился и посмотрел на друзей. – Слушайте, а это не то ли пророчество, с которым связано появление Воргаала? Про него написано в Заметках, но без деталей.
Рок, погруженный в чтение, только вздохнул.
– Может, и оно. Я помню, какое-то пророчество упоминалось в… Эй!
– Что?
– Взрывашкин! Его письмо!
– А что с ним не так?
– Да с ним-то всё в порядке, но… Люк! – Рок вскочил и направился к стоящему у руля шоккеру. – Люк!
– Да?
– Что тебе известно о пророчестве с Криптой и Разрушителем?
Люк дёрнул левым ухом и почесался.
– Да, в общем-то, как и всем – немного. Это одно из тех пророчеств, которые писались десятком разных людей и которые теперь приходится собирать по частям.
– А что в этих частях написано? Про Крипту, про Меч?
– А! – оживился шоккер. – Про Меч! Точно! – оторвав лапу от руля, Люк покопался во внутренних карманах и вытащил несколько смятых бумажных листков. – Вот, держите! Кажется, это оно! Учтите только, что я не всё перевёл…
Рок с готовностью схватил протянутые листы, а его товарищи тут же встали у него за плечами.
– Странные какие-то стихи. – сказал Ланс. – Сплошные метафоры.
Остров, погибший и всеми забытый,
На части расколот, в туманах сокрытый,
Пленённые души, что страхи питают,
От чёрных цепей избавленья не знают.
Светила осколок, что светел и ныне,
Угас в безвременье, в дороге к Твердыне,
Мечу, что врага в подземельях сражает
И Крипте, где вечности дух обитает.
Слова бесполезны, мертвы Ритуалы,
А цели достигнуть помогут порталы,
Ведь Бог-Разрушитель из тьмы возвратился,
И путь, что сокрыт, сам собой отворился.
На оборотной стороне листа было нарисовано несколько непонятных схем и написано:
Ключ – чтобы отворить Врата.
Меч – чтобы одолеть Врага.
– Люк! – сказал Холод. – Ты ничего не хочешь нам рассказать?
– А чего?
– Ну – например об этом Мече и Враге, которого тот одолеет. Или о чём конкретно вот этот стих? Остров, который расколот на части – это ведь остров Бесов?