Еще более значительный пример – страна на противоположном от Гонконга берегу Тихого океана. На протяжении десятилетий Америка довольно бледно выглядела в мировой классификации качества школьного образования, однако демонстрировала хорошие экономические показатели. Короче говоря, нельзя сказать, что страны с наиболее высоким уровнем образования демонстрируют более высокие темпы экономического роста по сравнению со странами с менее высоким уровнем образования. Каждый дополнительный год, проведенный в школе или университете, должен повышать продуктивность служащего, но экономическая статистика ничего подобного не выявляет. Вульф приходит к выводу, что «если высококачественное образование и играет какую-то роль в экономической мощи страны, оно делает это весьма незаметным образом, поскольку его вклад размывается или нейтрализуется другими факторами». Образование, безусловно, способствует повышению уровня зарплаты конкретного человека, но не влияет на скорость роста экономики в целом.
Не находя в экономике дивидендов от образования, Вульф замечает, что страны, вкладывающие значительные средства в образование, обычно развиваются медленнее, чем те, которые вкладывают меньше. Ее вывод суров: «Простой однонаправленной связи, столь вдохновляющей наших политиков и комментаторов, – что расходы на образование усиливают экономический рост – просто не существует». Она, конечно же, признает, что определенный уровень образования необходим. Если бы люди не умели писать и считать, большинство высокооплачиваемых профессий просто не существовали бы. Но вопрос не в этом. Вопрос, скорее, заключается в том, обеспечивает ли продление образования выше какого-то уровня дополнительные преимущества для экономики. «Идея о том, что дополнительное образование обеспечивает усиление роста благосостояния, является иллюзией», – замечает Вульф. Множество профессий сегодня доступны лишь для людей с высшим образованием, хотя ими вполне могли бы овладеть и люди без такого образования.
Повторяю, что я ни в коей мере не утверждаю, что высшее образование не является преимуществом для конкретного человека. Высшее образование – это замечательно, но это одно из достижений экономического роста, а вовсе не фактор, способствующий развитию экономики. Совершенно очевидно, что полное отсутствие образования было бы катастрофой для современной экономики. Но это не означает, что наилучший способ поднять экономику заключается в повышении расходов на образование. Образование – не «небесный крюк», на котором держится экономическая политика; это эволюционный процесс.
В образовании превалирует креационистский способ мышления. Учебные программы имеют излишне директивный характер и очень медленно меняются, преподаватели скорее готовят учеников к сдаче экзаменов, чем развивают их способности или совершенствуют собственные возможности. Учебники состоят из инструкций, объясняющих, что следует думать, а не как думать, образовательный процесс больше напоминает инструктирование, а не обучение, возможности самоорганизующегося обучения не используются, главенствующая роль государства в образовании не ставится под сомнение, а расходы на образование определяются предполагаемым благом для государства, а не для отдельных индивидов. Это не означает, что образование существовало бы и без школ, что учителя не нужны вовсе, что ответ на все вопросы заключается в индивидуальном подходе к обучению в начальной школе или что нет вовсе никакой необходимости в государственном участии в сфере образования. Конечно, все это имеет какое-то значение. Но существует и другой путь, когда политики и учителя позволяют зарождаться и развиваться лучшей практике, когда государство выступает в роли помощника, а не диктатора, когда студентов поощряют учиться, а не втолковывают им, что следует думать, когда более успешный ученик становится хозяином, а не слугой системы.