– Всё, больше не могу, садисты, ухожу из Академии!
– Оро, слышишь, Ени поставили в пару с Лецри.
Оролен приподняла голову так, чтобы был виден хотя бы один глаз, и выдохнула:
– Элруд, что, тоже издеваешься? Я тут, можно сказать, в состоянии фарша, а она мне про Лецри рассказывает!
– Что, действительно всё так плохо? - недоверчиво спросила Ени. В её глазах Оро была непоколебимым символом мощи и энергии, и этому она получала множество подтверждений из реальной жизни, поэтому она просто не могла представить, что что-то могло измотать её.
– Ага, - та говорила медленно, словно собирая силы. - Он сказал, что это новый уровень подготовки и наши организмы должны перестроиться, чтобы вынести нагрузки в будущем. Во всяком случае, Дарус уверяет, что скоро мы привыкнем, но что-то я сомневаюсь. Блин, завтра же ещё Военная История… Что делать? Люди, будьте людьми, донесите меня до спальни.
– Ты это серьёзно? - Хэл отложила передатчик и внимательно на неё посмотрела.
– Куда уж серьёзней. Я сегодня круговое отжимание раз пятьдесят сделала.
– Ладно. Ени, ты с этой стороны, а я с этой.
Девушки напрягли силы и Оролен безвольно повисла у них на руках. Приподняв её на полметра, Хэллин хриплым от перенапряжения голосом сказала:
– А этот диван тебя не устроит?
– Вполне. Только чтобы можно было отрубиться.
И действительно, как только они бухнули её на сиденье дивана, Оро моментально закрыла глаза и больше не подавала признаков жизни.
– Кошмар, - Хэл со смесью сострадания и ужаса смотрела на подругу. - Какое счастье, что у нас такого нет, а у тебя?
– Ну, как сказать, - пожала плечами Айения. - в конце концов, мы - военное учебное заведение, поэтому нам пообещали провести спецкурс в несколько недель. Честно говоря, даже не представляю, что там будет.
– Сочувствую, - Хэл вернулась к своему передатчику. - Впрочем, у нас тоже не без проблем. Знаешь, что за система доставляет неприятности Империи, ну, та, о которой говорила принцесса Элеонора первого сентября? Ассурн.
– Постой, - Ени заинтересованно взглянула на неё, - что, тот самый?
– Ну, - мрачно кивнула головой Хэллин, - на изучение языка которой я записалась.
– Не знаю, посочувствовать тебе или порадоваться. Вряд ли найдешь сейчас более актуальную тему.
– Вроде как бы так, но я боюсь, что информация о нём будет засекречена, а я уже собралась писать исследование.
– И что ты будешь делать?
– Проявлю дух воина, он вроде бы должен у меня быть. Такая ерунда меня не остановит.
– Ну-ну, удачи, - ответила Ени и пошла к себе.
Теперь Айения почти каждый день после занятий направлялась в тренировочные кабинеты и проводила там несколько часов. Помимо закрепления уже пройденных на теоретическом пилотировании навыков, она изучала пособия и дальше, обгоняя программу. Конечно, весь первый курс упорно работал над тем, чтобы приобрети необходимые знания для прохождения квалификационного экзамена, и Ени часто составляли компанию Калев, Лав, Сайлас Ричкатари и другие однокурсники, но мало кто уделял этому так много времени, даже Кстина, которая хотя и скрежетала зубами, когда Ени на проверках показывала самый лучший результат, но, видимо, уже смирилась со своим вторым номером.
В один из вечеров Айения особенно упорно трудилась над циклом посадки и, как обычно, задержалась в тренировочном классе надолго. Отключившись от всего, она торопливо проговаривала про себя комбинации команд и поэтому не заметила, как к ней сзади подошла девушка, одна из тех таинственных ассистентов, скрытых в соседнем кабинете, с которыми студенты общались громкими криками через стену, сообщавшими номер модулятора и тип самолета.
– Извините, но сегодня класс закрывается рано.
– А? - Ени вздрогнула и непонимающе взглянула на неё. Потребовалось несколько секунд, чтобы она осознала, где на самом деле находится, и поспешно сняла наушник, который всё ещё сообщал ей реакцию контрольного центра. - О, простите, я Вас задерживаю?
– Нет, это не Ваша вина, просто сегодня вечером будет профилактика, и доступ ко всем системам ограничен.
– Хорошо, я сейчас ухожу.
– Очень сожалею, что приходится прерывать Вас - по себе знаю, каково это, когда выдергивают из программы, не дав закончить…
Ени собрала вещи и направилась к двери, к которой уже подходила и ассистентка. Та пропустила её вперед и улыбнулась.
– Частенько Вас здесь вижу. Мало кто отличается таким упорством. Очень любите самолеты, да?
– Как же их можно не любить? - удивилась Айения.
– Да-да, точно, - девушка рассмеялась и тряхнула своими густыми темно-каштановыми волосами. Ени заметила, что та гораздо выше её, почти такая же высокая как Оролен, но отнюдь не такая же накачанная. Серо-голубые глаза смотрели спокойно и дружелюбно, и вообще она производила благоприятное впечатление. - А какая Ваша самая любимая модель?
– 'Ласка-Веррейн2', - не задумываясь, ответила Ени. За последние несколько месяцев она прочитала уйму материалов по авиации, и у неё уже появились свои любимчики.
– Хорошо. Обычно первокурсники фанатеют от 'Мгновение17' из-за его шикарного вида, или, ещё хуже, от 'Эссуфа', насмотревшись фильмов.
– 'М17' слишком массивный, он хорошо смотрится в конвое, но полётные характеристики у него не очень. А 'Эссуф' вообще древность несусветная.
– Вот именно. Но стереотипы ещё слишком сильны. А почему именно второй вариант 'Ласки'?
– У нее минимизированы проблемы при переходе из одного слоя атмосферы в другой, да и вообще, она само совершенство! - закончила Ени с придыханием. - А Ваша?
– Ваш выбор неплох, но у 'Ласки' могут подвести аэроэлементы крыльев. Мой фаворит сейчас - 'Адлер П', - тут же глаза собеседницы Ени подернулись поволокой.
– Извините, никогда не слышала о таком, - в растерянности пробормотала она. Они и не заметили, как вместо того, чтобы отправиться по своим делам, присели на подоконник в одном из боковых коридоров.
– Конечно, он ведь ещё не поступил в массовое производство. П - прототип. Мы как раз испытываем его.
– Мы?
– Да, нужно же, наконец, представиться. Аэрис Бакар, приятно познакомиться.
– Айения Шонор, мне тоже очень приятно.
– Ну, Вас я уже заочно знаю довольно давно. Было любопытно, кто проводит столько времени в тренировочном классе. Нужно ли говорить, что я ничуть не удивилась? А я учусь на четвёртом курсе, на техническом отделении.
– Да? В первый раз встречаю кого-то, кто уже прошел специализацию. Расскажите, а?
– С удовольствием. Можно на ты?
– Конечно.
– Техническое отделение - ещё одна жертва стереотипов и предрассудков в университете. Почему-то считается, что это - самое непрестижное отделение в Академии. Глупость! Конечно, 'техники' редко становятся адмиралами, зато пост технического консультанта министра Обороны почти всегда наш. В общем, тут зависит от личных пристрастий. Я, например, хоть и обожаю летать, но мне трудно смириться с мыслью, что в бою это чудо могут повредить, поэтому предпочитаю совершенствовать их. Кроме того, выбор технического отделения совершенно не означает, что в космос тебя никогда не возьмут, на линкорах всегда есть должность техника лётных технологий, а в особо серьезных случаях на бой вылетают все пилоты. Но самое важное, за что я люблю свое отделение, так это за возможность летать на самых новых образцах, - она даже зажмурилась от удовольствия. - Большое количество исследований проводится здесь, и из других конструкторских бюро нам присылают прототипы на обкатку. Вот сейчас 'Адлер' - продукт совместной работы наших разработчиков и Новороссийской лаборатории.
– Расскажи, расскажи, - глаза у Ени разгорелись, и она даже схватила Аэрис за рукав и просительно потянула.
– О-о-о, - та не спешила отвечать, словно растягивая наслаждение. - У него совершенно новый корпус, с резкими перепадами плоскостей, из-за этого время разворота на 45 градусов снижается на 17%. Повышена защита пилота, укреплены выступающие части, использованы более прочные материалы в двигателях и так далее. Но самое главное, - во время наступившей паузы Айения смотрела на неё во все глаза, - почти нет гашения при строго вертикальном взлете!