Здесь было всё необходимое для его ухода. Удобная кровать, туалет, вентиляция и интернет. От него самого требовалось только ждать и наблюдать. Однако Кес страдал. Он скрипел зубами от неутихающей боли и ущемлённого самолюбия. Ему больно даже подняться и сходить в туалет. Слишком мало времени прошло после взрыва. Ожёг кожи составлял восемьдесят процентов. Удивительно, что он ещё жив. Кес знал, что ужасно выглядит. Что из-за ран и лекарств от него исходит тошнотворный запах. Ирина едва дышала, стараясь подавить рвотный рефлекс. Его красавица-жена давно привыкла терпеть. Только дрожащие пальцы выдавали её волнение. Это доставляло ему удовольствие, наблюдать за тем, как она мучается. Как тратит силы, пытаясь перевернуть его с одного обгорелого бока на другой, когда следовало обработать ожоги и сменить повязки. В этот момент Кес чувствовал себя пережаренным бифштексом, который пытаются перевернуть. Страдания Ирины ненадолго заставляли забыть о собственных.
Кес смотрел порнушку с осознанием того, что больше не способен испытывать сексуальное удовлетворение. Даже после того, как боль утихнет, даже после операций по пластике лица и тела, он всё равно не сможет быть полноценным мужчиной. И этим он обязан Никону.
Теперь он лишён фактически всего. Да и сама Ирина бросила бы его, если б могла. Единственный рычаг давления на неё – это их сын.
Женщина смотрела на его запястье. Широкий браслет с синей подсветкой. Холодный и бездушный, как и тот, кто его носит. Теперь этот датчик – смысл её жизни.
Когда случился взрыв в их особняке, Ирина с сыном были в городе. У неё до сих пор поджилки тряслись, стоило вспомнить горящие камни и щепки, что остались от их дома. В тот день смерть прошла совсем рядом, Ирина почувствовала её холодное дыхание, вырвавшееся из могил. Бомба сработала в гостиной. Но Кес, вместо того чтобы погибнуть, был отброшен взрывной волной. Он вылетел в окно, через террасу, и упал в бассейн. Его обгоревшее тело, израненное осколками, достали телохранители.
Его увезли. Ирина не знала, что ей делать, не знала где прятаться. И главное, не знала от кого прятаться. Кес и его люди просто исчезли. Она в страхе прожила месяц, даже ходила на его похороны. Нотариус, читая завещание Кеса, подтвердил её догадки. Муж оставил её без гроша. Она была к этому готова. Тех денег, что она смогла отложить за семь лет брака, хватило, чтобы сменить документы и снять квартиру на окраине города. Она работала и копила деньги, чтобы уехать вместе с сыном. Его безопасность – это единственное, что имело для неё значение.
Когда муж нашёл её, она не знала, чего ждать. Возможно, он при смерти и хочет попрощаться. Он никогда не был сентиментальным. Но как знать? Даже такой ублюдок как её муж, способен измениться, почувствовав близость смерти.
Был поздний вечер, когда их с сыном привезли за город. Небольшой дом с садом. Никаких соседей вокруг. По всему периметру стояли люди с оружием. Они не выражали никаких эмоций. Постоянно оглядывались, будто сканировали каждый куст, прислушивались к малейшему шороху. Едва женщина с сыном попали за калитку, у неё отобрали ребёнка и куда-то увели. Она пыталась сопротивляться, даже кричала. Но на равнодушных мужчин это не действовало. Её отвели в сад. Большой, созданный не без помощи ландшафтного дизайнера. Цветы яркими пятнами образовывали замысловатые узоры. Садовые дорожки из декоративного камня вились, уходя в темноту. Ночные фонари уже зажглись, освещая беседку.
Ирина не могла ни о чём думать. Разлучённая с ребёнком, она оглядывалась, пытаясь понять, куда его увели. Она заметила два светящихся ошейника. Собаки. Молодые и игривые, они не обращая внимания на женщину. Не смотря на крупный размер, это были щенки. Ошейники светились синим светом на их выбритых шеях. Это выглядело странно, и жутко. Ирина решила, что это та самая система, когда собаку бьёт током, если та далеко убегает.
В сад пришли несколько мужчин. Один из них вёз в инвалидном кресле её мужа. Влажные бинты покрывали всё его тело. Резкий запах лекарств ударил ей в нос. Ирина отшатнулась. Не верилось, что это он, Кес. Такой гордый и жестокий, каким она его знала.
- Ты плакала на похоронах?
Она покачала головой. Мог бы догадаться. Он был паршивым мужем, не достойным её слёз. Ирина никогда не высказывала своего презрения. Этого и не нужно, всё было в её глазах.
- Где Саша? Куда твои люди его увели?
- Ему ставят датчик, - слабый скрипучий голос, от которого у неё внутри всё холодело.
- Какой датчик?
- Теперь мы будем связаны, я и он. Вот. Познакомься, - он жестом указал на незнакомца, который стоял в стороне и не сводил с неё глаз. – Это мой доктор. Он эксперт в медицине и новых технологиях.