Выбрать главу

Не простой.

Я рукой посыплю крошки,

Милый мой.

Пусть развеют озорные,

Расклюют.

Все дела мои пустые,

Весь уют.

Божьим именем скликаю

В хоровод

Божьих птичек в Божью стаю

Круглый год.

Накормлю их без вопросов,

Милый мой,

Хлебом белым, чистым просом, Чередой.

И отступит тьма седая

В тот же час,

Птичий щебет, Божья стая

Молит Господа за нас.

***

Город бьется в сетях золотой паутины, Словно рыба об лед, словно сом в ледостав.

Шапку снега на брови из елей надвинув, В снежной спячке забылся зимний лес.

Я устал:

От нелепой, бессменной борьбы с бездорожьем —

Сущий с круч Араратских наблюдает как сын —

Несмышленый балбес его, с грязною рожей, Водит стайку машинок по дорогам крутым.

А по этим дорогам до Него не добраться, Кто же горние тропы асфальтом мостит? —

Посреди перекрестка напиться, надраться, Протрезветь… и останутся горечь и стыд.

Нет дороги прямей, чем стежок по равнине, Снежной белой равниной, пешочком домой, Там назначена встреча…

Мечтаю о сыне —

Он обещан мне в городе ранней весной…

А дорогу судьбы не проложит по карте

Мне библейский Сусанин — пророк Моисей.

Я бреду по дороге, я ищу, я на старте, До Тебя бы добраться, до Тебя бы скорей…

***

Дойду до кромочки жилья

Версту с лихвою.

А в поле нету ни жнивья,

И волки воют.

Как много теплого огня

В глухой деревне.

Там встретят всякого меня,

Там голос древний

Гудит в чащобе за углом,

В лесу древесном.

Там поят белым молоком,

И хлебом пресным.

Там насыщают, не таясь,

За палисадом.

Там мало доброго меня,

Но и не надо.

Тепло и чисто от огня

В светелке тесной.

Там отпоют в распев меня,

И я воскресну.

РУСАК

Может, сказка топает за полем, Да бежит по жниве русый заяц.

Ничего ты, миленький, не понял, Ни брюнет, ни лысый, ни китаец…

Просто синеглазый мой мальчишка, С юными случайными прыщами,

На лице синяк, а может, шишка, Любим вас таких, таких прощаем.

Всех прощаем, где иных набраться, Русый, мой русак, любимый заяц, Станем спорить, драться, целоваться, Ни брюнет, ни лысый, ни китаец…

Мой воитель — воин-охранитель, Верный оградитель мой от страха, Словно сказки русской светлый житель —

Русый чуб да красная рубаха.

Не рубаха — рыжая футболка,

Не кольчуга — камуфляжный китель, Берцы, стрельбы, смена, самоволка —

Сердца беспардонный похититель.

Скупо вас рождают наши пашни, Не хватает русого в природе.

Милый мой, ни пришлый, ни вчерашний, Русый огонек в честном народе.

МОЙ ГОРОД

Мускулистый, как все настоящее, Город просто пристанище дал

Моему поколенью ледащему,

Что сходилось квартал на квартал.

Мы кололись паршивыми иглами, Собирали в полях коноплю,

Обменявшись в постели бациллами, Всем подряд говорили: «люблю».

Цепью звонко дрались и нунчаками, Водку смело мешали с вином,

И ушли за железными траками, Кто в Чечню, кто в кино за углом.

Кто-то прибыли в банке отращивал, Кто-то полк поднимал под ружье...

Поколенье мое настоящее,

Ты ушло, словно детство мое.

Город, город, ты манишь нас пристально, Все прощаешь отечески нам,

Только делит с тобою неискренно

Кто-то фарт, кто-то жизнь пополам.

* * *

С кротостью помолюсь

И не коснусь плеча.

Тихо отравит грусть,

Не вызывай врача.

Горлом хлынула песнь,

То не вопль на Ти Ви.

Если что-то и есть —

Это Спас-на-Крови.

Спасу нет на глоток.

Лоскутом плащаниц

Кровоточит платок...

Хлебом кормила птиц.

* * *

Бой принять,

Словно смерть принять,

Залпом смерть принять,

Как стакан

Зелена вина

И ничья вина,

Что на грудь легла,

А не пьян...

ИЗ СБОРНИКА «СОЛНЦЕ ВЕРЫ» (2003)

***

Стихи мои груда рифмованных слов?

Рифмованных фраз?

Зачем же тогда отвернуться не смог, Смотря в первый раз?

Смешная, а может наивная я,

Гляжу в небеса.

Считаю дождинки на хвое в лесу, Творю чудеса.

Люблю каждый шелест,

На шепот травы молюсь.

Мне брат мудрый Велес,

И в горе-печали - смеюсь.

За бусинку вербы, полёт журавля, Я душу в огне опалю.

А может быть вовсе не глупая я, Что все, во что верю ,люблю?!

***

Жить в страхе, думая о том,

Как на тебя посмотрят люди?

Мне все равно – дописан том…

Пусть люди судят, что мол, чудит…

Почём купил, почём продал,

Во сколько мой оценен лепет!

И чем обижен, как страдал –

Тот, кто за строчкой строчку лепит.

По этим может быть стихам,

Рождённым не всесильным чеком…