Погромы 1881–1882 гг. произвели на еврейское общество страны огромное впечатление. Порожденная реформами 1860-х гг. еврейская интеллигенция была поставлена перед нелегким выбором: ассимиляция, эмиграция или борьба с существующим режимом. Значительная ее часть стремилась войти в состав интеллигенции российской. При этом большинство хотело сохранить еврейство, отстаивая права своего народа. Л. О. Леванда — один из первых еврейских писателей, обращавшихся к своему народу на русском языке, еще в 1869 г. заявлял, что русским патриотом, в понимании той эпохи, он станет только тогда, «когда еврейский вопрос будет разрешен окончательно и удовлетворительно, то есть когда русский закон перестанет относиться к моим единоплеменникам как к инородцам. В ту минуту, когда Россия нас спросит: где вы, сыны мои? Мы ей дружно ответим: мы здесь, матушка!». В 1863 г. было создано Общество для распространения просвещения между евреями, Во главе его оказалась группа петербургских евреев: банкиры Гинцбурги, Л. Розенталь, известный ученый-историк и филолог А. Гаркави, крещеные евреи профессора Д. Хвольсон и И. Бертельсон. Отделения Общества были открыты в крупных городах черты оседлости. Постепенно, вне зависимости от желания учредителей, Общество (особенно его отделения) превратилось в общественную организацию, представляющую интересы еврейского населения. Руководство Общества не раз выступало с протестами против клеветнических кампаний в печати и антисемитских действий местной администрации.
Самым значительным явлением еврейской жизни тех лет стало зарождение собственной периодической печати. Сначала появились журналы на древнееврейском языке — языке, на котором евреи «говорили с Богом», В 1860 г. в Вильно стал выходить еженедельник «Гакармель», а в Одессе — «Гамелиц» (в виде приложения к последнему печатался на идише еженедельник «Кол-Мевассер»). Впрочем, наибольшее влияние имел издававшийся в Австрии, но активно распространявшийся в России журнал «Гашахар». Но, как некогда вековое пребывание евреев в Германии привело к рождению идиша, так и столетняя жизнь в России сделала русский язык третьим языком, необходимым для общения с народом, среди которого жили евреи. Постепенно он становился элементом собственно национальной культуры. На русском языке первые периодические издания стали выходить в Одессе — центре русско-еврейской культуры. Это были еженедельники «Рассвет» (1860), «Сион» (1861) и «День» (1869–1871). Век этих изданий был недолог — хроническое безденежье, цензурные преследования, недостаточное количество читателей приводили к быстрому закрытию.
В 1870-е гг. новым центром русско-еврейской культуры стал Петербург. Столица империи привлекала многих ученых, писателей, журналистов, общественных деятелей. После реформ 1860-х гг. обладатели заветных дипломов о высшем образовании устремились в этот город. Поэтому именно в Петербурге возник и успешно издавался на протяжении четверти века журнал «Восход» (1881–1906).
В творчестве еврейских писателей С.М. Абрамовича, Переца Смоленскина, Льва Леванды, Осипа Рабиновича и Григория Богрова отразились все искания эпохи, надежды первых лет реформ, борьба с консервативными тенденциями раввинизма и хасидизма, тяга к русской культуре и крах подобных чаяний, настудивший с новой погромной волной и антисемитской кампанией начала 1880-х гг.
Именно тогда возникли идеи палестинофильства, а затем сионизма, политически активная еврейская молодежь примкнула к социал-демократическому движению, к организациям революционного народничества. Так завершилась эпоха Александра II — эпоха, столь многообещающе начавшаяся и так трагически завершившаяся.
В отличие от своего отца Александр III имел стойкое предубеждение по отношению к еврейскому народу. Первые месяцы его правления ознаменовались еврейскими погромами. Назначенный им министром внутренних дел Н.П. Игнатьев ответил на просьбы о защите еврейского населения, что «западная граница империи открыта для евреев».
Первым результатом погромов стало резкое усиление эмиграции. В отличие от николаевских времен теперь можно было сравнительно легко покинуть страну. Потоки евреев, будто и в самом деле услышав заявление Н.П. Игнатьева, устремились к западной границе России. Уже в 1881 г. в Америку выехало около 8 тысяч человек.
Тем не менее правительство было обеспокоено массовостью и бесконтрольностью погромов. Волновала и негативная реакция на них за рубежом. Ведь стране требовались новые займы и кредиты, надо было активизировать свою европейскую политику, а еврейская общественность ряда стран стала настаивать на том, чтобы и займы, и заключение новых договоров были поставлены в прямую зависимость от прекращения погромов. В августе 1881 г. Александр III распорядился учредить в каждой губернии, имеющей значительное еврейское население, особые комиссии из «представителей местных сословий и обществ» во главе с губернаторами. Перед ними поставили задачу выяснить «вредные для христианского населения последствия экономической деятельности евреев, их племенной замкнутости и религиозного фанатизма». Интересно, что впервые на первое место были выдвинуты столь близкие сердцу представителей «местных сословий и обществ» экономические мотивы. Выработанные в губернских комиссиях документы и рекомендации посылались в Петербург в образованный при министерстве внутренних дел Комитет для рассмотрения «еврейского вопроса».