Тогда "гер" говорит:
— С чего вы так разволновались? Если мой отец тоже был евреем, разве кому-то от этого плохо?
Шабес. Еврей стоит у входа в свою лавку.
— Заходите ко мне, — говорит он прохожему. — Я продам вам эти прекрасные брюки за полцены!
Прохожий, случайно оказавшийся правоверным евреем, укоризненно говорит ему:
— Сегодня шабес, а вы собрались делать гешефт?
— Я хочу продать вам брюки за полцены. И вы называете это гешефтом?
В праздник Симхас Тойра евреи самозабвенно танцуют в синагоге.
Местечко в старой Российской империи. В праздник Симхас Тойра евреи вдруг замечают, что самый известный в местечке вольнодумец с воодушевлением пляшет в синагоге. Все удивлены.
— Я пляшу, — весело говорит он, — от радости, что Бог вручил Тору нам, а не русской полиции: уж она-то, храни нас Бог, безжалостно заставила бы нас соблюдать все предписания!
Три еврея поспорили, кто из них соврет виртуознее.
— Я! — утверждает первый. — Слушайте меня: Мессия придет к людям!
— Нет, я! — говорит второй. — Мертвые восстанут из могил.
— Тихо! — обращается к ним третий. — Бог слышит вас обоих!
— Он выиграл… — говорит первый еврей остальным.
Непутевый сын говорит отцу:
— Папа, если ты больше не дашь мне денег, клянусь, я сделаю такое, чего до сих пор не делал никто, ни христианин, ни еврей!
Старик, смертельно испуганный, дает сыну чек на солидную сумму. Потом осторожно спрашивает:
— Скажи мне, сын, а что бы ты сделал?
— Я бы в шабес прочел Таханун (покаянная молитва, читается только в обычные дни недели).
— Вы богатый человек, не могли бы вы дать мне денег на паломничество в Палестину?
— С удовольствием. Но с условием, что вы окажете мне одну услугу. — Подходит к шкафу, достает Библию и протягивает ее посетителю. — Когда вы там окажетесь, будьте так добры,
положите это назад, на гору Синай!
Суббота; двое евреев встречаются на аллее в Карлсбаде.
— Кон, я слышал, ты стал наером? (Наер — сторонник нового, просвещенный человек, обновленец.)
— Да.
— Скажи, ты еще веришь в Бога?
— А, пускай себе люди болтают, что хотят!
В воскресенье они встречаются снова.
— Кон, мне всю ночь не давала покоя мысль: ты еще веришь в Бога?
— Нет.
— Ну вот: ты ведь мог бы сказать мне это вчера!
— Ты что, совсем мешуге? В шабес?!
Судья:
— Обвиняемый Розенбаум, я, по счастливой случайности, немного разбираюсь в еврейских законах. Вы — не просто грешник: вы больше, чем грешник! Вы не просто совершили кражу: вы совершили ее в шабес.
Розенбаум:
— Ваша честь, я не ортодокс.
Три правоверных еврея хвастаются друг перед другом, какие мицвойс (богоугодные дела) они совершили.
— Прошлой зимой, — рассказывает один, — я увидел, как женщина упала в реку и стала тонуть. Я боюсь холодной воды. Но я плюнул на ледяную воду, прыгнул в реку и спас женщину!
Рассказывает второй:
— Смотрю: дом моего соседа в огне. Я боюсь огня. Но я плюнул на огонь, прыгнул в пламя и спас соседа!
— А я, — говорит третий, — вдруг получаю телеграмму, что мое имущество в Париже в большой опасности и я должен немедленно туда ехать. А дело происходит в субботу. (.В шабес запрещено пользоваться любым транспортом.) Но я плюнул на шабес, прыгнул в поезд и спас свое имущество.
Деревенскому еврею до смерти надоели бесчисленные молитвы, запреты, предписания. В один прекрасный день он решает стать эпикойресом (вольнодумцем). Только вот беда: он никогда еще не видел ни одного эпикойреса. С чего начать?
Тут он узнает: в соседнем городе живет известный эпикойрес. Что ж, надо его найти и попросить у него совета… Он находит нужный дом и видит: на косяках дверей, как у всех правоверных евреев, висят мезузы. Он входит в дом — и видит: жена эпикойреса, как и его жена, оставшаяся в деревне, носит парик! Он вежливо спрашивает, где сейчас эпикойрес. Хозяйка отвечает, что в бейс-мидраше. Еврей, сбитый с толку, садится в уголок и ждет. Когда хозяин возвращается домой, он рассказывает ему о своей проблеме.