Выбрать главу

— За мной пойдут все нормальные люди, за ним — все сумасшедшие; вместе мы поведем за собой весь мир.

Ребе-чудотворец сочинил новую красивую мелодию к духовному тексту. Хасиды поют новый мотив и танцуют под него. Один еврей выходит из круга танцующих и принимается завязывать узелки на носовом платке. Другой спрашивает:

— Что ты там делаешь?

— Записываю мелодию, чтоб не забыть.

К ребе приходит женщина и жалуется: она рожает мужу только дочерей.

— Не печалься, женщина! Через год ты родишь мужу сына!

Ночью к ребе является ангел Господень:

— Ты посмел обещать милость, которую может дать только Он. Теперь Он выполнит то, что ты обещал женщине, зато ты не попадешь в рай.

На следующее утро ребе устраивает грандиозный праздник. Ангел удивлен. Ребе:

— Разве я не должен отпраздновать то, что случилось? До сих пор я делал добро ради того, чтобы попасть в рай. А сейчас могу делать добро ради добра.

Первые хасидские ребе были скромными и бедными людьми из народа. Их преемники держали уже настоящий двор, к ним было трудно попасть, не подмазав привратников и секретарей.

Хасид пожаловался ребе на такую недостойную ситуацию.

— Я знаю об этом, — развел руками ребе, — но ничего не могу поделать.

— Но вы можете прогнать это отребье и заменить его людьми порядочными.

— Что же мне — допустить, чтобы порядочные люди превратились в отребье? — спросил ребе.

Обедневший мелочной торговец приходит к цадику просить помощи. Тот дает ему одну копейку и говорит:

— Она принесет тебе счастье!

Еврей, грустный и разочарованный, выходит из кабинета. В передней его окружают хасиды, он рассказывает им эту историю, и богатые евреи тут же начинают упрашивать его продать амулет. В конце концов, бедняк отдает копейку за двести рублей. Как и обещал цадик, бедняку удается поправить свои дела…

Рабби Леви-Ицхак из Бердичева избегал суровых суждений, для любого греха он старался найти смягчающие обстоятельства. Как-то в шабес ему встретился еврей с сигаретой во рту (зажигать огонь, а следовательно, и курить в этот день запрещено).

— Ты, вероятно, забыл, что сегодня шабес? — спросил ребе.

— Нет, ребе, помню прекрасно.

— Значит, ты забыл, что в шабес нельзя курить!

— Нет, ребе, это я тоже помню.

— Может быть, тебе врач велел курить каждый день?

— Ничего подобного! Я курю ради удовольствия.

— Боже великий! — воскликнул ребе. — Посмотри, какие праведные люди — сыны Израиля! Даже этот человек, который на глазах у всех нарушает шабес, не может нарушить заповедь Торы: "Не лги!"

О том же самом рабби Леви-Ицхаке из Бердичева, который в людях видел только хорошее, рассказывают такую историю.

Однажды полиция арестовала нескольких евреев, потому что в их сундуках нашли много контрабандных товаров. Тогда ребе сказал:

— Какой все-таки богобоязненный народ евреи! Вся царская армия с оружием и собаками сторожит границы, а сундуки у евреев полны контрабандой. Но если Библия скажет: "На Пейсах надо есть только пресное", то этих слов будет достаточно и вы ни у одного еврея не найдете и кусочка хлеба!

Бедный ребе отдает какому-то особенно настырному шнореру (попрошайке) свои последние копейки. Жена ребе кричит:

— Зачем ты даешь свои последние деньги такому человеку?

— Чего ты хочешь: чтобы я был более разборчивым, чем Бог? Ты разве не видишь, кому Он дает деньги?

Рассказывает хасид:

— О чудесных деяниях наших ребе люди знают чаще всего только по слухам. Я же расскажу вам историю, которой я сам был очевидцем.

Однажды наш ребе увидел в воротах дома, что стоял напротив, еврея, который жевал свиное сало. Он с суровым видом поднял руку и возгласил: "Да рухнет дом сей на голову грешника!" Потом задумался и крикнул: "Стой! Если праведники, которые, может быть, тоже живут в этом доме, захотят, то пускай дом стоит!" И что вы думаете: дом остался стоять!

— Ребе! — просит хасид. — Спасите мою жену. Она умирает!

Ребе уходит в боковую комнату, потом возвращается и говорит:

— Она спасена! Я вырвал меч у ангела смерти!

Безмерно благодарный хасид спешит домой. Вскоре он

возвращается и сообщает:

— Моя жена умерла!

— Ну и бестия этот ангел смерти! — возмущается ребе. — Он задушил ее голыми руками.