Номер был пуст. Устало гудел кондиционер. Легкая пленка седой пыли покрывала мебель. В шкафу висела одежда, стоял небольшой дорожный чемодан. В сейфе — его тоже открыли — нашли паспорт, деньги, кредитные карты.
Любое происшествие — неприятность для отеля. Пьяная драка, семейная ссора с криками на пол-этажа, самоубийца, который решил повеситься так, чтобы видеть гладь моря в последние мгновения жизни… Даже просто сердечный приступ у перегревшегося на солнце клиента. Исчезнувший постоялец — из той же обоймы. Надо сообщать в полицию…
Беда не ходит одна. Ночью был скачок напряжения. Выбило предохранители в холодильных камерах. К утру все потекло. Теперь управляющий ломает голову, чем кормить сотни людей. Вроде бы ничего не испортилось… Ну, а вдруг? Отравление или еще какая гадость? По судам затаскают.
В другом крыле на том же двенадцатом молодая парочка нагероинилась так, что пришлось «скорую» вызывать. У девицы глаза стеклянные, но хоть что-то соображает, парень же совсем в коме. Сильный пол, одним словом.
Не любят в отеле карет «скорой помощи». Настроение гостям портят. Хорошо, врачи тренированные, знают свое дело. Погрузили и увезли. В больнице разбираются, как в чувство привести.
Пока что жизнь продолжается. Группа отбыла, назавтра прилетели новички, но в номер 1230 никого не заселили, ждали полицейского. На ночь глядя он не появился. С утра был тут как тут. Озабоченность прочертила тяжелую складку на лбу, но большого желания ковыряться во всей этой истории он не выказывал. Да и чего ради? Случись что с испанцем — другое дело. Тут стоит постараться, проявить рвение. А из-за какого-то янки, прилетевшего из Берлина, да еще, как говорят, с русской фамилией? Полицейский инспектор был толст и неуклюж, считал годы до выслуги — их оставалась порядком, — прикидывал, на какую пенсию сможет рассчитывать. До нее дожить надо. «Что-то делать придется уже сегодня. Слава Богу, на такой случай есть инструкция».
Составил протокол осмотра места происшествия, приложил изъятые у Хосе вещи пропавшего, опросил отдыхающих. Кто-то слышал дней пять назад крик на море: «Помогите!» Потом крик прекратился. Решили, что это глупая шутка. Скорей всего, гёрл подзывала самца. Хотя? Может, и этот русский американец Богу душу отдал. Море шуток не любит…
Нет трупа — нет преступления. Материального ущерба тоже нет. Все оплачено вперед. Администрация претензий к господину Пивоварову не имеет. Что его самого нет, ну и шут с ним. Дали знать в турфирму, которая оформляла заказ. Там обещали — как только, так сразу — связаться с родными и сообщить в местную полицию.
ГЛАВА 2
ТЕМНЕЕ ТЕМНОГО
Бюрократическая телега медленно скрипела. Все посреднические конторы имеют горячий интерес к клиенту лишь до момента, пока он не расстался с деньгами. Заплатил — можешь больше не возникать, твои заботы. Но все-таки ни шатко ни валко дело продолжало раскручиваться. До конца августа берлинская полиция не тревожилась: господин Пивоваров все еще числился в отпуске, затем установила, что по месту жительства и в своей фирме не появился. Это уже повод для беспокойства. Не выйти на работу… И не предупредить? Нет, это дело невозможное в Германии.
Папка с бумагами легла на стол очередному полицейскому чиновнику. Последовал запрос в Испанию, перевод бумаг на немецкий, установили адрес брата в Нью-Йорке: жены за Алексом на данном этапе не числилось, и вот 5 сентября в квартиру на Брайтон-Бич принесли письмо с официальными штемпелями. Такие письма редко вызывают радость. Один вид печатей и наклеек раздражает. Почти всегда это хлопоты, счета, штрафы, потерянные деньги. Сейчас дело и того страшнее.
Еще не дочитав письмо, направленное из Берлина «господину Д. Пивоварову», Дмитрий почувствовал, как его охватывает страх. Он и так уже собирался звонить брату. У них была договоренность, что в отпуске Алекса тревожить не надо, но отдых у моря позади, а тот не объявлялся. Нельзя сказать, что они жить не могли один без другого, сказывалась разница в возрасте — десять лет не шутка, — но старались быть в курсе дел и при случае поддерживали друг друга. И вот такое несчастье.
Попытки разыскать брата по всем известным телефонам ни к чему не привели. Тут еще сон приснился. Какие-то бессвязные обрывки. Брат в руках у русской мафии, оскаленные рожи: «Выдай миллион… брата не увидишь!» Мелькали отрезанные уши, окровавленное тело плавало по синеве моря, акулы хватали его за ногу, кого-то закатывали в асфальт, Алекс протягивал руки… Прикованный в подвале человек… Брр…