Больше я с Вадимом на эту тему старалась не разговаривать. Вера моя в провидение тоже несколько утихла. Наверное, как это часто бывает с влюбленными женщинами, я тогда старалась смотреть на мир его глазами.
Я напомнила себе, что со вчерашнего вечера воспринимаю мир так, как сама считаю нужным его воспринимать, не заморачиваясь над тем, а что бы сказал / подумал / сделал в этой ситуации Вадим. В моем понимании мира корзина для перевозки кошек, обнаруженная в момент, когда я как раз собралась в небольшое путешествие, имела символическое значение. Вопрос ехать или не ехать отпал сразу и навсегда. Я вытащила корзину из шкафа, потрясла ею перед носом у Султана:
— Ну что, едем ведь, едем?
Он зевнул и сделал вид, что спит. Я проверила все шкафчики на кухне, отобрала кошачьи консервы с таким расчетом, чтобы их хватило на неделю, поставила будильник на восемь утра и отправилась спать.
Глава 23
На следующий день в восемь утра я, чертыхаясь, укладывала в сумку свои вещи. Ругалась я на себя — за лень, из-за которой не сделала это вечером. Теперь, пока соберусь да пока позавтракаю, на улицах будет полно машин.
Ничего не могу с собой поделать — ненавижу собирать чемоданы. Искренне завидую тем людям, которые умеют это делать. Заранее раскладывают в аккуратные стопки рубашки, брюки, собирают в отдельный пакет белье… Я так не могу. Лежащая на диване кипа предназначенных к укладыванию вещей приводит меня в состояние бешенства. Наконец я запихнула в сумку домашние тапочки, с облегчением застегнула молнию и вспомнила по пистолет.
Стоит ли брать его с собой? Вряд ли там, в «Городе солнца», возникнут ситуации, требующие применения огнестрельного оружия. Но и оставлять его в чужом доме тоже нехорошо. Надо брать, но положить не в сумку, а спрятать получше и постараться о нем забыть. Я почти привычно сунула пистолет за пояс и поняла, что не смогу так провести за рулем целый час, а то и больше. Попытки пристроить пистолет поочередно в карманы сумки и карманы куртки не увенчались успехом. Силуэт «пернача», засунутого в карман сумки, заметил бы даже самый ненаблюдательный прохожий, а карманы куртки оказались мелковаты — пистолет в них помещался, но рукоятка торчала, и был риск его выронить.
«Мяу», — громко сказал Султан и потерся боком о дорожную клетку.
Контейнер! Сумка — это же не единственный мой багаж. Ну-ка, посмотрим, какая у него конструкция!
Контейнер, судя по внешнему виду, был из дорогих — Ира с Валерой не экономили на своем любимце. Окошко сбоку, открывающийся верх. Я заглянула внутрь: на маленьких штыречках крепилась пластиковая сетка, на которую, как явствовало из надписи на боку клетки, следовало положить «привычную для вашего питомца подстилку». Между днищем клетки и сеткой было вполне достаточно места, чтобы пристроить туда оружие. Правда, Султану придется на время поездки побыть «принцессой на горошине»: уютно на «перначе» не устроишься. Никакая, даже самая плотная подстилка не поможет. Я запихнула пистолет под сетку. Султан подошел, забрался в клетку, принюхался и мгновенно выскочил.
На халяву не вышло, стало быть, придется договариваться. Я отправилась на кухню и поискала пакет с кошачьими деликатесами. В записке, висящей на двери холодильника, Ира предупреждала, что, хотя Султан очень их любит, увлекаться этим продуктом не надо — кот может отказаться есть обычный корм и нагло требовать исключительно деликатесы.
Я вынула из пакета нечто, похожее лягушачью лапку, и вернулась в комнату.
— Султан, — я села на пол, чтобы быть поближе к собеседнику, — я понимаю, что тебе не хочется лежать на пистолете. Жестко и опасно. Я знаю, что ты меня не очень-то и любишь, но все же мы знакомы уже несколько лет, и я думаю, что ты должен меня выручить. Не по дружбе — о дружбе я не говорю. Просто как старую знакомую. Потерпеть придется несколько часов. А там, за городом, я пистолет выброшу. Слово даю. Если ты боишься, что он выстрелит, не бойся. В инструкции сказано, что у него надежный предохранитель, я сама ходила целый день с пистолетом за поясом. И, как видишь, вполне жива и здорова.
Султан ничего не ответил. Я, вздохнув, положила перед ним деликатес — исход переговоров был не вполне ясен, а ведь пора выезжать.