– Мак... это, а у тебя батарейки не сядут? – решил я уточнить для своего успокоения.
– Нет. В меня встроен очень сильный самоподзаряжающийся энергоресурс. Если меня взорвать, то получится небольшой ядерный взрыв.
– Уговорил. Не буду пробовать, – нервно пошутил я, на самом деле получив массу облегчения.
Блуждая по лабиринтам древнего метро, мы нашли наконец то, что искали. В очередной комнате оказался склад с доисторическим оружием!
– Вот это улов! – радостно вскрикнул я, оглядывая хорошо сохранившиеся промасленные автоматы и несколько пистолетов.
– Пока возьми пистолет. Его легче спрятать, – посоветовал пёс, – Я место запомнил. Потом придём с ребятами и всё унесём.
Так мы обзавелись первым оружием. Что ж, поход уже можно было считать успешным. Но когда мы вышли из помещения, откуда-то сбоку послышались совсем не крысиные звуки. Это были... шаги и стоны зомби.
Я замер, Мак тоже.
– Гаси фонарь, – быстро скомандовал я ему, но было уже поздно.
Прямо на нас неслась взбудораженная ярким светом толпа ходячих. Мы еле успели заскочить обратно в помещение и закрыть за собой стальную дверь.
– Вот это сюрприз, – вздохнул я с тревожным облегчением.
– Да уж...
– Откуда же они взялись? – подумал я вслух, – Неужели это значит, что между туннелями и волей есть проход?
– Или они просто не выбрались на свободу, а почему-то остались под Пирамидой, - охладил мой радостный пыл хладнокровномыслящий киберпёс.
– Ну, нет, – сказал я ему, – Лучше я буду верить в свою версию!
Мы прислушались к происходящему снаружи. Прогнившие игроманы постепенно успокоились. Слышно было, как они понемногу расходятся.
– Отсюда нет другого выхода, – сказал Мак.
– Придётся рискнуть... Только я стрелять в них не собираюсь – ещё новые набегут.
– Топор тебе как раз пригодится.
– А ты можешь без света ориентироваться в тоннелях? – озвучил я вдруг пришедшую мне в голову мысль.
– Могу. Держись за меня. Возможно нам даже не придётся вступать с ними в конфликт.
Я осторожно открыл дверь, которая негромко скрипнула. Нам повезло – снаружи уже никого не было.
– Держись за меня, – тихонько шепнул пёс, – Нам сюда.
Я положил руку ему на загривок, и мы медленно двинулись в неизвестном для меня направлении. Пришлось полностью довериться моему поводырю, потому что на себя у меня надежды не было – какое уж тут геройство в кромешной тьме и с полным отсутствием каких-либо ориентиров на местности.
Мы двигались медленно и осторожно. Лучше всего, конечно, делал это Мак, ведь у него были для этого все необходимые приспособления: мягкие ступни, гибкие ноги и встроенный аппарат ночного видения. А я, как ни старался, всё же иногда спотыкался и издавал те или иные звуки.
Особенно страшно было в тот момент, когда нужно было пройти сквозь группу остановившихся ходячих. Другого пути не было. Мы медленно двигались. Я старался вообще не дышать. Иногда я почти задевал их гниющие тела, и меня начинало тошнить. Когда мы уже почти пробрались сквозь их ряды, какая-то бестолковая крыса попалась мне под ногу. Она издала громкий вопль, чем страшно напугала не только меня, но и ходячих.
– Бежим!!! – громко тявкнул Мак и врубил прожектор на полную мощность.
Я не стал спорить и помчался за ним во всю прыть. Мой порыв поддержали и все ходячие. Они ринулись за нами как сумасшедшие. Наверное думали, что наконец-то увидели свет в конце тоннеля...
Толпа преследователей постепенно росла. А моя надежда выбраться живым из этой передряги всё уменьшалась. Какое счастье, что Маку не нужно было думать о том, в какой проход нырять дальше. Не знаю, сколько времени мы мчались в этом смертельном марафоне. Я уже начал задыхаться от непривычных для тела нагрузок, всё-таки мы были не в Игре.
Но, к счастью, в какой-то момент этого безумия пёс остановился около стены, над которой я увидел слабый свет, и пролаял:
– Прыгай!
Киберпсу не составило никакого труда подпрыгнуть так высоко, как нужно. А вот меня вдруг посетили сомнения. Но что было делать? Я остановился на мгновение, собрался с силами и что есть мочи сиганул вверх. Мои ноги ощутили прикосновение зомбарей, а голова вдруг осознала, что я не дотянусь до верха отверстия. В последнюю миллисекунду я вспомнил, что у меня есть топор. Моя рука сама собою взметнулась вверх, и я повис, держась за ручку моего нового товарища.
– Подтянись, – рявкнул пёс, а сам начал слепить ярким светом своего прожектора моих преследователей. Они злобно шипели и отворачивались.