— Хорошо, — сдержанно сказала Саша. — Когда он приедет?
Денис, нахмурив брови, глянул на наручные часы, но уже в следующую секунду посмотрел на Сашу открытым и дружелюбным взглядом.
— Должен быть здесь через семь минут.
Услышав ответ, Саша невольно вздрогнула: она не думала, что так скоро произойдёт эта встреча. Сложно сказать, хотела ли она сейчас видеться с родителем? Несомненно, отец — самый близкий и родной мужчина во всем мире, но даже его прикосновений Саша боялась. Каждый раз при их встрече сильно нервничала. Она не могла признаться родителю, что его объятия для нее сущий ад. Расстраивать отца совсем не хотелось, но и все время едва сдерживать себя, чтобы не оттолкнуть и не убежать, тоже плохо. В такие минуты Сашу терзал один вопрос: неужели отец не понимает, какого ей находиться в его объятиях? За прошедшие месяцы они очень отдалились друг от друга. Не важно, чья в этом вина, но на данный момент временами Саше был ближе её адвокат, чем отец.
— А Виталий Сергеевич приедет? — сухо поинтересовалась она.
— Не знаю. Мне сказали, что приедет твой отец.
— Но зачем такая поспешная и неожиданная встреча? — удивилась Саша.
— И этого не знаю. Мне позвонили всего полчаса назад, предупредили о приезде твоего отца и его нежелании, чтобы я присутствовал при вашей встрече, — спокойно пояснил Денис.
Саша кивнула в знак принятия его ответа и посмотрела во внимательные глаза телохранителя. Хотела посмотреть уверено и открыто, но взгляд получился затравленным, будто ей не хотелось оставаться наедине с отцом. Или Денису это только показалось?
Керий вновь тепло улыбнулся ей и, развернувшись, направился к двери.
— А ты когда вернёшься? — поспешно задала вопрос Саша, боясь передумать спрашивать об этом.
Денис вновь повернулся к ней лицом.
— По плану должен вернуться в пять вечера. Но, как уже говорил тебе ранее, если понадоблюсь — звони и я тут же приду.
— Спасибо, — несмело улыбнувшись, тихо произнесла Саша.
Она нетвёрдым шагом последовала за своим телохранителем, держа дистанцию, в пять шагов. Внимательно смотря на ширину его плеч и удивляясь его высокому росту, Саша старалась не потерять бдительность, но в то же время почувствовала себя как-то спокойней, умиротворённей после этого их разговора.
Денис тем временем взял ключи, телефон и спортивный пиджак с кресла. Положил телефон и ключи в карман джинсов, пиджак надевать не стал. Все его движения были плавными и размеренными.
Саша наблюдала за ним, стоя в нескольких шагах от своей комнаты. Вот он развернулся к ней с неизменно тёплой улыбкой на лице и спокойно сказал:
— Мне пора.
Как всегда спокойно и без эмоционально. Что он чувствовал в этот момент, Саша не знала, но ей показалось, что облегчение и радость. Отдых нужен каждому. Саша это понимала. Понимала, что он, возможно, действительно уже устал от неё, с её постоянной пугливости, отчужденности и нежеланием идти на контакт. Ведь, если задуматься, то Денис первый из её телохранителей, который считался с её мнением и переживал за неё.
Вспомнить хотя бы первую ночь в день их знакомства. Он тогда пришёл к ней, высвободил из оков кошмарного сна и не просто разбудил, но ещё и успокоил. За прошедшие недели Денис проявил к ней столько терпения, сколько не проявляли все женщины-телохранители вместе взятые. Те дамы терпели её только из-за того, что им за это платили. Денису же, кажется, и вправду небезразлично её душевное состояние и настроение.
— Если что, звони, — не оборачиваясь, напоследок, напомнил Денис и открыл дверь.
По ту сторону уже стоял ее отец. С радостной улыбкой на лице, он бросился к дочери и заключил ее в свои объятия. Саша, удивленная столь поспешным появлением родителя и не успевшая морально настроиться на эту встречу, сильно разволновалась и еле сдержалась, чтобы холодно и резко не оттолкнуть отца.
Денис же в это время тихо ушёл.
После неуютного для Саши приветствия, они с отцом расположились в гостиной и завязали бессмысленную беседу ни о чем. О доме, маме, работе, погоде. Саша чувствовала себя неуютно в обществе отца. Напряжение ощущал и Андрей Петрович. Он успел заметить уже и привычную бледность лица своей дочери, и синие синяки под глазами, и неизменный потухший взгляд Саши. В голове у него промелькнула мысль, что может он всё же совершил ошибку, согласившись на этого телохранителя? Но как быстро эта мысль появилась, так же быстро растворилась в ворохе других дум.
Ланской пытался сгладить острые углы в их общении, но Саша держалась отстранёно вежливо, будто он общался не с родной дочерью, а с потенциальной кандидаткой на важную должность в его компании. Это удручало его. После несчастья, что пережила их семья, дочь полностью закрылась от них. И как бы он не старался наладить отношения между ними, но прежней теплоты в них не было. Да и о каких тёплых и доверительных отношениях может идти речь, если Саша каждый раз вздрагивала от его простых объятий? При каждой новой встрече, он надеялся, что дочь отреагирует на него по-другому, но изменений в её состоянии не наблюдалось. Она всё та же была зажата и замкнута. Её всё тот же погасший взгляд был устремлён куда-то в сторону, лишь бы не смотреть на него, родного отца. Это расстраивало Андрея Петровича ещё больше. И выход из этой ситуации он видел только один: поймать как можно скорее Клюева.