Ланской вошёл в кабинет уверенной и стремительной походкой. Сев за свой рабочий стол, сделал глоток остывшего кофе, поморщился и с неким превосходством посмотрел на Дениса. Керий на этот взгляд вопросительно изогнул бровь. Поведение нанимателя, мягко говоря, его удивляло и раздражало.
— Денис, мы благодарны вам за вашу работу, но более не нуждаемся в ваших услугах. Гонорар переведут на ваш счёт в ближайший час. Естественно, с премиальными. Моя дочь приятно удивила меня своим внешним видом и выдержкой. Из вас бы получился отличный психолог. Подумайте над сменой профессии. Это дружеский совет.
Керий лишь иронически улыбнулся, хотя нет, в данный момент эта улыбка присутствующим больше напоминала волчий оскал. Однако хозяин кабинета смог сохранить надменное выражение лица.
— Александра знает о вашем решении? — холодным и ленивым тоном поинтересовался Денис.
— Нет. Зачем? Ей и так предстоят тяжелые времена. Но поддержка родных и близких, смягчит острые углы предстоящих месяцев.
— Хорошо. Как скажете. Сумму премиальных увеличьте вдвое, — не стал спорить Керий и с этими словами он встал со своего места, направляясь к двери. — Да, кстати, умерьте свою спесь, как родитель и наниматель вы ничтожны. Постарайтесь не показывать своё гнилое «я» дочери. Не разочаровывайте её еще больше, — сказал он на прощание и ушёл.
Глава 16
Саша проснулась от холода. Подумала, что стоит укрыться тёплым одеялом и перевернуться на другой бок, но тело словно задеревенело. Руки и ноги затекли и неприятно покалывали. Интуиция завопила об опасности. С огромным трудом она открыла глаза.
Сумрак. Сырая и вонючая комната. Большие грязные окна и много-много каких-то железных предметов. Она лежала явно на одном из них, скорей всего на столе, который стоял посреди помещения и над ней блекло светила одна единственная электрическая лампочка.
Её руки и ноги были надежно связаны, лишая возможности пошевелиться. И самое страшное: Саша практически раздета, лишь комплект нижнего белья чёрного цвета на ней.
Крик отчаяния и безысходности застрял в её горле. Она словно вернулась в прошлое. Единственное отличие — место заточения другое. Как же так? Полиция же утверждала, что поймала Клюева! И где Денис? Как он мог допустить такое? Как позволил этому психопату забрать её?
Горькие слёзы тихо покатились из глаз. Холодно, очень холодно и страшно…
В следующее мгновение до слуха донёсся противный скрип дверей и тяжёлые шаги, которые с каждым ударом её сердца, приближались всё ближе. Скрежет металла об металл. Мерзкий, прокуренный смех и над ней склонился её личный кошмар.
— Вот мы и свиделись, куколка моя, — выдохнул он ей в лицо. — Ты стала ещё краше, прелестница моя. Как же я хочу поиграть с тобой!
Клюев немного отстранился, его похабная улыбка вызывала отвращение и дрожь. В его руке блеснул огромный кухонный нож.
Саша сдавленно замычала, стараясь сглотнуть вязкую слюну, но ком в горле, не дал даже нормально вдохнуть, а слёзы затуманивали взгляд. Уж лучше так, решила она, чем отчетливо видеть, как с торжественным выражением лица Клюев четко и без промедлений начал проводить лезвием по её старому шраму. Именно по тому, который Саша так и не осмелилась показать своему телохранителю.
Стон боли сорвался с её губ, доставляя мучителю предвкушающую радость и озорство.
— Мм, какая вкусная! — медленно слизывая кровь с лезвия ножа, прокомментировал Борис. — Ну что, куколка, поиграем? Давай посмотрим, осквернил ли тебя тот ублюдок.
Саша закрыла заплаканные глаза. Как же нестерпимо захотелось исчезнуть, раствориться или просто забыться…
Очередная боль от пореза острым лезвием — теперь уже на бедре. Она провинилась. ОН очень зол, и наказание будет особенно изощренным и болезненным.
Взмах ножа и новый порез на левом боку жжёт огнём.
Крик боли все же сорвался с её губ и. …
Саша проснулась.
Она стремительно подорвалась со своего места, путаясь в одеяле и, чуть ли не падая на пол, огляделась по сторонам. Её комната из прежней счастливой жизни. Сердце бешено стучало о грудную клетку, воздуха не хватало, и болезненный спазм сковал всё её тело.