— Ну так что? — её рот искривился явно не улыбкой. Мне казалось, что я стал ей максимально неприятен после всего одного поцелуя.
— Я считаю, что ты должна обдумать свой ответ более тщательно. А также не ехать в свою Швейцарию.
— Швецию.
— Да будто между ними есть разница!
— Это многое о тебе говорит, но на будущее: Швеция подарила нам милых акул, а Швейцария — молочный шоколад. Этого достаточно для желания узнать больше?
— Нет.
— Ну чего ещё ждать от идиота, который не прочёл ни одной книги, которые я ему предлагала. Твоя мания серьёзности не более чем извращённая форма лени и онанизма в одном флаконе. Нет, милый малыш, ты вовсе не особенный. Таких глупых гордецов земля полнится. Ты должен удивляться умным людям именно потому что их мало, а не потому что они убивают своё время на всякую чушь. Давай откровенно, чем ты занимался круглыми сутками пока не сидел со мной? Дрочил?
Я ощутил как мне стало неимоверно стыдно. Это было именно то, чего я не хотел обсуждать, именно то, почему я так долго не признавался, но Луня всё равно заговорила про это.
— Я бы не осудила тебя за дрочку, но давай честно, ты дрочил просто потому что не умел ничего другого. Ты даже не удосужился попытаться посмотреть какой-то сериал, чтобы облизывать его или наоборот засирать в соцсетях. Ты никогда и ничего не делал, что потребовало бы хоть немного напряжения огромного куска сала в твоей голове, на котором извилин меньше, чем на кошачьем мозгу. Ты влюбился в меня, потому что это не требовало сил, а признался только сейчас, потому что до этого переживал из-за прыщей и других подростковых проблем, верно?
— Ты... ты... ты... — я будто за одну партию шахмат получил шестнадцать матов.
А Луня лишь улыбнулась мне и взяла сигарету, благодаря чему я заметил её ногти какого-то непонятного зелёного оттенка, который я не мог определить из-за тусклого оранжевого света и блёсток на ногтях. Но даже при её волшебности, Луня меня бесила, она была неправильной. Слишком спокойной. Я со злобы опрокинул мольберт и наступил прямо на холст, почти продавив его. Но она вновь не среагировала, лишь прошептала что-то вроде «Какое счастье, что она не успела кому-то понравиться». Я был искренне возмущён и со злости направился к выходу.
— Послушай, милый малыш, — она всё же окликнула меня, когда я уже собирался выйти из квартиры. — Ты чересчур напрягаешься. Не нужно. Знаешь, эти проблемы такие маленькие на самом деле. Вон, в Африке дети голодают, а наших потомков выжжет Солнце. Мне кажется, ты действительно переоцениваешь важность этого момента.
— Да что ты понимаешь?! — я вышел, захлопнув дверь.
Я не общался больше с Луней, она переехала, а квартиру лишь сдавала, я упустил всё это, потому что месяц дулся на неё, надеясь, что она придёт и извинится сама, но этого не произошло. В один день я просто узнал, что теперь она живёт в Стокгольме.
Конец