— Ты какая-то напряжённая. Хочу тебе показать одно местечко. Должно понравиться.
— Ты точно не маньяк? — жалобно проскулила я.
Сопротивляться не было сил, на самом деле. Меня штормило от одной эмоции к другой. То хотелось броситься в объятия к Амену, чтобы просто его руки меня к себе прижали, губы нежно коснулись… и не отпускали. То хотелось плакать от того, что я даже не знаю, как себя вести с мужчиной…
— Эва, — он снова смеется, а я от мурашек рассыпаться в пыль готова, — Был бы маньяком, я бы тебя приговорил ещё вчера посреди дороги в лесу.
Амен кладет свою огромную ладонь на мою руку, что лежит на коленке и слегка сжимает.
— А может ты маньяк, который хочет сделать все красиво.
— Вряд ли. Ты бывала в Челси?
— Быстро ты меняешь темы. Нет. А что там?
— Там есть блошиный рынок. А на нем один мелкий ресторанчик с едой на вынос. Так вот, там можно попробовать настоящую итальянскую еду, окунуться в колорит страны, не покидая родных просторов. Его держит мой хороший друг.
— Будем есть пиццу? — скептически произнесла я, чем, судя по лицу, обидела моего нового друга.
— Эва, ты что! Вся вот эта ваша американская кухня — лишь подобие настоящей пиццы.
— Почему? В eat24hours она вроде ничего, — пожимаю плечами невзначай.
— Стоп-стоп-стоп! Даже не продолжай. Сейчас мы приедем и ты попробуешь, что такое Пицца. После нее ваш этот фастфуд просто станет куском сухаря.
— Слушай, может не надо тогда? Я и дальше хочу наслаждаться моей любимой пепперони и четырьмя сырами, — вижу, как он кривится, и начинаю смеяться. Не думала, что его так легко вывести из себя. — А ты у нас итальянец?
— Чистокровный. Все мои предки жили там. Из Сицилии — мамины, из Неаполя — папины.
— А ты что тут делаешь? Не сочти за грубость… Но ты так говоришь о своей родине… Трепетно, что ли. Странно, что решил уехать.
— Ничего странного. У меня появилась возможность развить бизнес дальше, за пределами своей страны. Я раньше сотрудничал с одним хорошим бизнесменом, но его убили конкуренты, когда прибыль стала показывать слишком красивые цифры.
— А почему не попробовал с кем-то другим сотрудничать?
— Это было давно, десять лет назад. Я был слишком молод. Не понимал многого да и, к тому же, решил развиваться в Европе. Но сейчас понял, что могу попробовать снова зайти в Штаты, — Амен сбавил скорость. — Мы почти на месте.
Я повернулась к окну и стала рассматривать красно-коричневые дома с кучей вывесок, приглашающих посетить разные галереи и выставки.
— Видишь, там горит все огнями? — он показывает куда-то вперёд, но я не совсем могу разобрать, куда именно.
Здесь все в огнях. Киваю утвердительно, чтобы не создавать неловкость. Через две минуты мы уже паркуемся возле арки, украшенной множеством мелких гирлянд. Оттуда они спускаются вниз, словно дождь. Пройдя совсем немного, мы остановились у деревянной резной двери с матовыми стеклами.
Нас встречает невысокий смуглый мужчина, активно обнимающий моего спутника и целующий мои руки. Амен делает заказ на свой вкус, пока я рассматриваю себя в зеркало в уборной. Кошмар, эта балахонистая одежда. Я в ней, как трудный подросток. В голову приходит сумасшедшая мысль: пока готовится наш ужин, пойти и посмотреть себе что-нибудь из одежды. Хотя бы заменить эту ужасную черную худи. Подойдя к Амену, говорю, что пройдусь здесь по магазинам. Через несколько минут я уже хожу по бутикам и разглядываю топы, платья и костюмы. У меня в кармане в лучшем случае баксов сто. Я точно не смогу на них здесь купить себе даже трусы, но все же не удерживаюсь и беру несколько шелковых платьев, которые уж очень мне понравились. Рассматриваю худощавое тело в зеркале: зелёное платье с V-образным вырезом на тонких бретелях, пересекающихся сзади и почти полностью открывающих спину, подчеркивает худобу. Но мне это нравится.
Стук в дверь заставляет подпрыгнуть.
— Эва, покажи, что выбрала, — как он так быстро освободился, да ещё и меня нашел?
Черт, я же не куплю себе его. Ладно, скажу, что мне не нравится, да и поедем отсюда. Открываю дверь и вижу восхищённый взгляд и улыбку.