— Да тише ты, что случилось? — он нагнулся над ногами, провел по ним руками, но, видимо, ничего не увидел.
— Не знаю, что-то ползло, — жалобно произношу, — паук или жук какой-то. Бр-р-р… — я передёрнула плечами.
Амен, держа мою ногу за лодыжку, провел по ней большим пальцем и улыбнулся:
— Не переживай, ядовитых здесь нет. А тот, кто по тебе полз, уверен, сам от сердечного приступа чуть не умер, — тихо посмеивается и аккуратно ведёт рукой чуть выше, к коленке.
Я напрягаюсь всем телом, замираю, будто в ожидании казни. Улыбка стирается с лица, меняясь на неподдельный ужас. Единственное, что могу сейчас делать — это глубоко дышать. Чувствую, как рецепторы в носу снова улавливают такой же аромат, что был в машине. Он обволакивает, немного успокаивает. Но не даёт телу снова расслабленно сидеть на пледе.
— Все хорошо? — он спрашивает тихо, вкрадчиво, у самого уха, а я могу лишь тихонько сглотнуть и кивнуть. — Прости, если напугал тебя, — он отстраняется, а я чувствую резко охвативший меня холод. Пронизывающий насквозь, забирающийся под платье, вырывающий изнутри частичку сердца.
Я в панике совершенно не понимаю, что мне делать. Позволить ему продолжать или просить остановиться? И тот, и тот вариант пугает. Первый — неизвестностью, второй — одиночеством. Не скажу, что боюсь этого, но все же, находясь рядом с Аменом, одной совершенно не хочется быть. Я двигаюсь чуть ближе к нему и тихо произношу:
— Все в порядке, — голову не поднимаю, не хочу, чтобы видел слишком большой спектр эмоций в глазах.
Но он, словно мысли читает, подцепляет пальцем подбородок и поднимает, вглядываясь в мое лицо.
— Напугал?
Мотаю головой отрицательно.
— А почему сжалась тогда вся?
Дергаю плечами вверх-вниз в сомнении. Амен намеревается отстраниться, но моя ладонь, что резко врезалась в мощную руку, останавливает его.
— Не отстраняйся, мне становится… холодно.
По спине проходит тепло вслед за направлением его пальцев. Шепот на ухо расходится мурашками:
— Ты красива, когда смущаешься.
Слова ещё больше заставляют краснеть, что он, блин, делает. Носом проводит по шее вниз к плечу и обратно, а у меня аж ноги отнимаются от этих прикосновений. Размыкает губы и еле ощутимо целует, захватывает ими кожу. У меня дыхание сперло, сердце то останавливается, то за секунду разгоняется, как болид. Мозги из последних сил пытаются сопротивляться, напоминая фразу Ливия: «Не с первым встречным и не в машине». Но Амен ведь уже не первый встречный, мы аж два дня знакомы, да и не в автомобиле находимся. Я отключаю назойливую совесть и льну ближе к красивому мужчине, который сумел вот так по щелчку заполонить мой разум. Рука его скользит по платью на спине, скидывая с меня наброшенную на плечи косуху. Пальцы с лёгким нажимом гладят лопатки, а губы его стремительно приближаются к моим. Приоткрываю рот, впуская его язык, и пытаюсь вспомнить уроки от Дии: «Просто повторяй его движения». Это не помогает, но инстинкты сильнее стеснения, и я просто решаю им довериться. Поцелуй глубокий, медленный, он, словно ленивый кот, не набросился на меня, а медленно, но уверенно завоёвывал все части тела. Амен, нависнув надо мной, одной рукой продолжает гладить спину, второй — ведёт по ноге через разрез платья. Мне все до жути нравится, но колени инстинктивно сжимаются, напрягая тело. Почувствовав это, он разрывает поцелуй и немного отодвигается.
— Если ты не хочешь, — вглядывается в мое лицо, — говори. Я не хочу тебя принуждать к чему-то…
Какой кошмар, какой позор. Как сказать, что я ещё девственница. Амен старше меня лет на десять, и ему уж точно не нужен неумелый ребенок. Мне, блин, двадцать лет, а я ничего не знаю. Пока я мысленно спорю сама с собой, он все ещё смотрит пристально на подрагивающие от слишком активного внутреннего обсуждения брови. Смотрит. И молчит. Поднимаю голову и вижу его гипнотизирующие глаза. Чувствую себя кроликом, что попался питону, и выпаливаю, совсем не подумав и не подобрав слова:
— Я просто ещё ни разу, ни с кем… — затыкаю себе рот рукой и хочу отвернуться.
Дура. Испортила такой момент. Хочется головой удариться о дерево и упасть в озеро. Чтобы не видеть его выражения лица.
— Не скажу, что я в шоке, — прокашливается и продолжает, — всё-таки, ты не производишь впечатление легкодоступной девушки, — Амен, ты меня почти разложил на этом пледе, что ты несёшь. — Но, признаю, что удивлен. Ты — красивая девушка, уверен, за тобой толпы бегали…