Амен сминает своими губами мои, кладет на скомканный плед и, практически не отрываясь от тела, произносит:
— Позволь мне сделать тебе приятно.
Я не успеваю ничего сказать, как чувствую лёгкий укус на груди, вздрагиваю от удовольствия, шумно выдыхая.
— Я остановлюсь, если ты захочешь, — он нежно проводит языком по ареоле, — просто расслабься, — я стараюсь принять удобную позу, чтобы сделать, как он говорит. — Вот так, да. Какая ты послушная.
Амен покрывает каждый миллиметр тела нежными поцелуями, водит по коже носом, покусывает и зализывает после свои же следы. Одной рукой он скрещивает кисти над головой, второй — с нажимом гладит, впиваясь в меня пальцами. Сдавливает ягодицы, задирая платье, но ноги не пытается раздвинуть. Бретели спущены вниз, оголяя полностью небольшую, но круглую грудь. Амен отстраняется, в его взгляде столько животного, но он не набрасывается на меня, действует нежно. Ног касается возбужденный внушительных размеров член, что меня слегка пугает. Но Амен не расстегивает брюки, продолжает просто ласкать мое тело. Я отдаюсь ощущениям, позволяю себе раствориться в наслаждении, и мышцы действительно расслабляются. Он ведёт аккуратно рукой по внутренней стороне бедра, доходит до моей смазки, что активно выделяет тело в ожидании удовольствия. Возбуждение сносит крышу, я хочу привстать, чтоб притянуть к себе Амена, и будь что будет. Я готова отдаться ему даже здесь, в лодке. Но он останавливает меня, надавливает рукой на ложбинку между грудей:
— Нет, Эва. Ложись. Сделаю так, как я хочу. Тебе понравится.
Конечно, мне понравится, я же не из деревни сбежала, понимаю, к чему он ведёт. Но как же он медлит, томит меня, изводит своей нежностью, хотя вижу, что дай волю — уже бы разорвал платье, которое сейчас больше похоже на широкий шелковый пояс, скомканный в районе талии. Будто прочитав мои мысли Амен, тянет ненужную сейчас одежду вверх, снимая ее. Кожа горит от каждого прикосновения, руки беспорядочно гуляют по его плечам, периодически цепляя волосы.
Наконец, он опускается, поднимает мою ногу и закидывает на себя, оставляет засос в районе коленки, ведёт губами по коже, облизывает встречающуюся на пути влагу. Меня бросает из стороны в сторону от разрывающих чувств. Я смущаюсь и желаю этого одновременно, теку так сильно, будто почувствовать Амена в себе сейчас просто жизненно необходимо. Замираю, задерживая дыхание, когда чувствую горячий воздух прямо между ног. Он проводит языком сверху по губам, а я выдыхаю вместе со стоном.
Бедрами подаюсь навстречу, прижимаясь ближе к лицу, и ощущаю дыхание, как будто усмешку. Приподнимаю голову и встречаюсь взглядом с Аменом. Все это время он смотрел на меня, на мои стоны, на то, как прогибаюсь, как желаю его. Это естественная реакция тела на стимуляцию, но чувствую, как начинаю краснеть. Даже самой себе стыдно признаться в этом, не то что мужчине. Но назад пути нет, он проводит ладонью между ног, и я слышу хриплый шепот:
— Какая же ты мокрая, как возбуждена сейчас рядом со мной, для меня, — после этих слов он раздвигает мои ноги чуть шире.
Одной рукой он сдавливает внутреннюю часть бедра, второй — мою грудь. А дальше… Я просто теряюсь в обилии чувств. Я ощущаю каждое движение, каждый вздох. Как он раздвигает мои складки, углубляясь губами, как проводит по ним языком снизу вверх, цепляя в конце изнывающий от жажды ласки клитор. Я, змеёй извиваясь от каждого жеста, хочу снова закрыть рот, чтобы быть тише, но Амен убирает мою руку от лица.
— Не сдерживай себя.
Его приказной тон, даже когда он у меня между ног, не даёт вариантов ослушаться. Подчиняюсь безоговорочно и бесповоротно. Я знаю, что такое мастурбация, пробовала, было приятно. Но не настолько, не так. Да и времени на это обычно не было… Настойчивые движения Амена не дали дальше воспоминаниям отвлекать от наслаждения, сметая все мысли и отбрасывая их в сторону. Он гладит мои бедра, большими пальцами задевая губы и размазывая влагу повсюду. Снова пытаюсь посмотреть на него, но сфокусировать взгляд не выходит, мне слишком хорошо, слишком приятно. Тело пробивает током каждый раз, когда он кончиком языка цепляет клитор, когда всасывает его губами, заставляя меня все сильнее прогибаться в пояснице. Но вишенкой на торте всегда становятся его фразы. Сказанные тихим басистым голосом, но который я слышу даже сквозь звон в ушах: