Я никому не рассказывала о том, что происходило дома, потому что было стыдно. Просто прятала синяки, царапины и другие вариации побоев за объемными свитерами и джинсами. Наверное, по этой причине сейчас, когда я живу здесь сама, стараюсь носить красивую одежду, которая может подчеркнуть мою физическую форму, привлекательность. Мать стала игнорировать всех наших родственников, запрещать им приезжать, постоянно ссылаясь то на мою болезнь, то на мое неадекватное поведение из-за горя. Да, мне было плохо, хотелось волосы вырвать и кожу содрать ногтями, чтобы хоть как-то отвлечься на физическую боль с моральной. Но все слезы и крики в подушку я оставляла на ночь. Днём же занята была проблемами насущными.
Сама не заметила, как свыклась с таким положением дел, привыкла к такому распорядку. Утром — школа, днём — раздача листовок и разнос газет, журналов по домам нашего квартала, вечером — магазин, готовка, уроки, ночью — слезы и короткий сон, полный кошмаров и ужасов. За полгода я очень похудела и стала походить на скелета, обтянутого кожей, синяки под глазами, вечно подрагивающие руки. Это не особо бросалось в глаза из-за объёмной одежды, потому тревогу никто не бил. Пока на перемене меня нечаянно не сбил одноклассник во время погони за другом. Я упала, ударилась головой и провалилась в темноту.
Помню, что именно тогда, в какой-то невесомости, я почувствовала себя свободной, счастливой, без обязательств и косых взглядов со стороны. Нет, меня не обижали сверстники, на удивление, отнеслись с пониманием к горю. Сказывался ещё и авторитет среди одноклассников, который был заработан предыдущими годами. Но с каждым новым отказом пойти погулять, прийти в гости или позвать к себе домой кого-то, я все больше отдалялась от друзей, пока не потеряла их всех. Стала одиночкой, на которую все поглядывали с недоверием.
Так вот, после падения я очнулась в больнице, шевелиться было больно. Оказалось, у меня сотрясение, перелом бедра, и из-за сильного истощения я провела без сознания два дня. Мать не смогли найти, каким-то образом вышли на мою бабушку по папиной линии. Она была шокирована… Все переживала, что я так себя довела. После того, как меня выписали из больницы, бабушка привезла меня домой, где я расплакалась: идеальная чистота, вкусный запах из кухни и трезвая мама. Я и забыла совсем, что именно так должна выглядеть нормальная жизнь, семья.
Но, как только моя реабилитация закончилась, мама снова стала пить, а наша жизнь стремительно покатилась на дно. Она меня не соглашалась отдать бабушке, поэтому я снова стала работать, учиться, делать домашние дела. Одним утром, когда я собиралась в школу, обнаружила, что нет моего нового пуховика, который подарила на днях бабушка. Она увидела, в каком состоянии старая куртка, и выкинула ее на помойку. Маму я нашла в кровати с незнакомым мужиком в обнимку, я поняла, что мою куртку продали. Причина тому была пустая бутылка текилы на столе.
Закрывшись в ванной комнате, я села на пол, обняла свои коленки и так сильно заплакала, словно у меня кто-то умер. Это стало, как будто бы, последней каплей. Я позвонила бабушке, попросила забрать меня со школы. Сама же надела лёгкую весеннюю куртку и пошла в ней в пять градусов 5 градусов по Фаренгейту равна -15 градусов по Цельсию на учебу. Бабушка, когда меня увидела, сразу же стала причитать, что я отморожу себе придатки. Понятия не имела тогда, что это такое, но шла и плакала от такой теплой заботы.
Дома мы собрали мои скромные пожитки, которые легко поместились в небольшую дорожную сумку. Как она забрала меня к себе, что сказала маме — не знаю, но, честно, мне было все равно. Следующие четыре года бабушка прививала мне любовь к себе и выбивала из головы дурь о том, что кроме себя я никому не нужна. И она справилась, стала моим светом, заменила мне маму… Да что там, была мамой! Она была.
Непрошеная слеза обожгла кожу, скатываясь по щеке и падая на пол. Я быстро ее смахнула и покачала головой в стороны. Нет! Я не буду плакать. Мы с бабушкой договорились, если я хочу, чтобы ее душа была спокойна, я должна жить дальше, радоваться, быть счастливой! Ради нее и ради себя.
Звук капли показался слишком громким в тягостной тишине. Смс гласило:
Дия
«Котик, я рада, что ты можешь себе позволить забить на пары, но мистер Грейсон рвет и мечет. У нас письменный зачёт на носу. Ты где?»
Хватаю гаджет и мчу в корпус, что за день такой…
***