— Не понял, если этот, — он кивает в сторону внедорожника Амена, — здесь, то почему просишь встретиться? И где его "великолепие важная задница"? — Ливий скривился, произнося последние слова, а потом заглянул мне куда-то за спину и с приподнятой бровью продолжил. — Что он делает у тебя дома, зачем выглядывает? В принципе, ты мне может скажешь, что происходит?
Я закатила глаза такому быстрому наплыву вопросов, но, с другой стороны, была безмерно благодарна, я хоть отвлеклась от произошедшего на крыльце.
— Милый мой, ты мне рот не даёшь открыть, заваливаешь все новыми вопросами. Ответы на которые я смогу дать без нервов только при достаточном количестве алкоголя. Поехали, дома расскажу. Иначе ты можешь потерять управление, и мир лишится самого душного заведующего терапевтическим отделением.
— И самого милого.
— Да-да, и самого милого, — смеюсь я, а сама смотрю на окна дома, где на месте Амена осталась только качающаяся штора.
Несколько поворотов, потом ещё парочка светофоров, и мы почти на финишной прямой к дому Лива. Решаю начать разговор издалека:
— Ливий?
— А? — не отрываясь от дороги, произносит.
Уже темно, машин почти нет, что позволяет ему сильно разогнаться.
— Я тебе нравлюсь? — говорю спокойно, буднично, но мой вопрос срабатывает покруче бетонной стены, в которую можно было бы врезаться с такими рассуждениями. Надрывный визг тормозных колодок вкупе со стирающимся протектором на шинах об асфальт тормозят автомобиль.
— Что ты сказала? — Ливию плевать, что он остановился посреди дороги. — Если ты хочешь с помощью меня отомстить или позлить своего амбала — я пас.
— Да нет, я не…
А что «я не»? На самом-то деле я как раз и собиралась попросить об одолжении. Потупив глаза на пальцы, перебирающие край худи, я продолжила:
— Ладно, сейчас приедем, и я все расскажу.
Спустя час и полбутылки вина, я снова сижу вся в слезах на кухне у Ливия под его неоднозначные охи-вздохи и распинаюсь о моих первых и не самых удачных отношениях.
— Ты так и не смогла выяснить причину, зачем ему понадобилась эта фикция?
— Нет. Пока что я получила только больше вопросов. Ты знал, что моя мать вернула фамилию отца?
— В смысле, вернула? — подкинутая виноградина упала прямо в подставленный рот.
— Ну, она снова носит фамилию Коста.
— Так, а разве твоя мать ее меняла?
Я наливаю ещё вина и выпиваю его залпом. Вот это поворот.
— Эва, твоя мать всегда была Лоуренс Коста. По крайней мере, сколько я с ней встречался. И всегда хотел спросить, почему ты носишь другую фамилию. Но не решался спрашивать, учитывая особенности детства.
Я нутром чувствовала какой-то подвох, но понятия не имела, где и как копать.
— Пальма — это девичья фамилия моей матери, которую она вернула себе и мне после смерти бабушки. По крайней мере, так сказала, что вернула…
— А зачем ей тебя обманывать?
— Мне кажется, на этот вопрос мне бы смог помочь найти ответы мистер Льюис. Но сейчас уже слишком поздно. А завтра будет выходной…
— Ну ты ему отправь смс, он, как будет готов поговорить, напишет или перезвонит.
— Очень все странно, понимаешь. Мне сначало было больно от предательства Амена, потом в голове перестали складываться пазлы в единую картину. Она говорит о месяцах знакомства, Амен не спорит. Наедине говорит о неделе и уточняет, что все фикция. Но мама в ванной была более чем убедительна, когда сказала, чтобы я не лезла к нему… Понимаешь?! Мне мать говорит, не лезть к ее мужику! Это отвратительно даже произносить… И самое паршивое, я не пойму, кто и где меня обманывает. Плюс, неделю назад мама сказала, что руки отца по локоть в крови. Но из-за… него я об этом совсем забыла.
— Давай начистоту? Я не знал твоего отца лично, но слухи ходили разные о нем. Странно, что ты их не слышала. Ты ведь понимаешь, что…
— Ливий, отец просто занимался недвижимостью. А слухи распускали завистники… По крайней мере, мне всегда удобно было так думать, — я положила подбородок на ладони и следила за тем, как Ливий записывает что-то в блокнот и машет мне рукой, чтобы я продолжала говорить. — Ладно, с отцом-то понятно, что делать, завалить вопросами его юриста… А со свадьбой как быть?
— Ты можешь её отменить? — все так же не отрываясь от своей писанины, спрашивает.
— Нет.
— Тогда в чем вопрос?
— Ливий, ты в своей медицине совсем растерял мозги? Как я должна туда явиться и наблюдать за милыми брачующимися? Я с ума сойду. Мне нужно прийти с кем-то. Так я смогу провести вечер в разговорах, а не в слежке за бывшим.