Здесь было тепло. На столе пыхтел самовар. Пахло дымком и смолой. Громко тикали ходики на стене. Елена просто окунулась в уют этого дома. Украдкой взглянула на Славу, и поняла, что он тоже попал под обаяние, окружавшего их тепла и уюта.
- Давайте договоримся. Вы раздевайтесь и садитесь, а там попробуем выяснить, чем я могу быть вам полезен. – И художник первым скинул свой тулупчик.
– Вешалка здесь. - Показал он Ярославу. – Хотите чаю?
- Нет, нет! Спасибо! – Замотали головами молодые люди.
- Тогда садитесь в кресла и кричите мне в ухо.
Ярослав умоляюще смотрел на Елену. Художник перехватил его взгляд.
- Хорошо! Пусть она кричит, - подвинул свое кресло к креслу Елены и подставил ухо.
- Вы – Андрей Павлович Соколов? Художник? – Прокричала Елена.
- Ну, я, конечно, - подтвердил толстяк. – А что, есть сомнения?
- Нет, нет! – Замотали головами гости. – Мы тоже хотим представиться.
- Я – Елена Сосновская, студентка Геологического факультета МГУ.
Елена замолчала и кашлянула, прочищая горло. - А это – мой дальний родственник, Ярослав. Он живет и учится в Иркутске. Тоже геологом будет.
Художник посмотрел сначала на Елену. Задержал пристальный взгляд на её лице. Потом повернулся к Ярославу.
- Вы очень похожи, - сказал он. – Такое сходство случается только между близкими родственниками или между мужем и женой. - Он засмеялся.
- Ах, жизнь, жизнь! Люблю жизнь! Люблю её сюрпризы!
- Так вот. – Деловой тон Елены вернул художника к действительности. - На днях мы были на выставке Ваших работ, что на Кузнецком Мосту.
- А!? И как вам показалась выставка? – Заулыбался Андрей Павлович.
- Очень понравилась! - Крикнула Елена. – Особенно портрет девушки в последнем зале. Работа помечена прошлым годом.
- А! Этот портрет мне, действительно, удался. Вы тоже так находите?
- Безусловно! И нам бы очень хотелось взглянуть на оригинал. Кто же Вам позировал?
- А!? Вот оно что? Хотите на неё посмотреть? – Он взглянул на Ярослава. Тот вспыхнул. Художник заметил его смущение и посерьезнел.
- Вы действительно хотите её увидеть? – Спросил он уже у Ярослава.
Тот быстро кивнул головой и стал рассматривать пол.
- Не советую! – Вдруг как-то жестко сказал художник. - Не советую, - повторил он. – Она Вас разочарует.
Ярослав вскинул на него глаза. Художник в упор смотрел на него.
- Да! Да! Не советую. Разочарует. Можете мне поверить. И, знаете, если бы я раньше имел счастье быть знакомым с Еленой, я писал бы с нее. Разве Вы не улавливаете сходства?
Теперь покраснела Елена.
- Заметьте себе! Между Еленой и портретом большее сходство, чем между портретом и оригиналом. Так-то! Если захотите – сами убедитесь.
- Ей чего-то недоставало? – Осторожно спросила Елена.
- Боюсь, в ней чего-то совсем не оказалось. – С сожалением ответил Андрей Павлович.
- Но, все-таки, кто она? – Выдавил из себя Ярослав.
Художник задумался. Снова внимательно глянул в лицо Ярослава.
- Мы почему-то мучительно ищем за морями, за горами, а надо бы ценить то, что перед нами. Впрочем - каждому своё на роду написано.
Он вздохнул и продолжил рассказ.
- Я встретил её случайно. Ей было около восемнадцати. Она закончила Торговый техникум и работала продавщицей в магазине на Зубовской. Там я и увидел её, когда покупал себе подтяжки.
В то время мне хотелось написать портрет молодой современницы.
В голове уже сложился её облик, характер, духовный мир. Я до мельчайших подробностей знал её. Мне казалось, что именно такой должна быть ваша ровесница. Мой глаз остановился на этой девушке, хотя она, даже внешне, не совсем соответствовала образу, который я создал в своём воображении.
Моё поколение старится, уходит. На смену идете вы. И, конечно, вы должны быть лучше нас. Иначе в чем смысл жизни? Попросту говоря, в моей голове сложился образ.
Художник замолчал. Посмотрел на своих гостей.
- Образ просился на холст. Но я никак не мог найти модель. И вот она. Кстати сказать – Ваша тёзка – Елена Петрова. Леночка, как я её потом звал. Вежливая, скромная. Улыбнулась, очаровала меня, и я пригласил её мне позировать. Она согласилась. Приехала в студию.
Вела себя мило, застенчиво. Я пробовал говорить с ней об искусстве. Но эта тема её не интересовала, равно как и литература.
– Возрастное, - думал я. Слишком зеленое растение передо мной. Но я ошибался. Её ум оказался уж слишком практичным. Сколько ей положено за сеанс? Позировать в своём или Вы мне что-то купите? Косметика, наверняка, нужна самая дорогая? У Вас есть, или покупать будете? И так далее. Мне стало грустно. Может, я что-то не увидел в современной молодежи? Я так и не понял.