Все замолчали.
- Я где-то прочитал, что он учился в Духовной семинарии, и художником стал случайно. – Поднял глаза на Николая Сергеевича Ярослав.
- Ни что в этом мире не случайно! Значит – судьба! – вздохнул Николай Сергеевич.
- У нас, в Иркутском музее только одно полотно Судковского. - Прервал молчание Ярослав. - Глядя на него, я не догадывался, что он – художник такой силы. Только здесь. В Третьяковской Галерее. И я привык всегда ходить один. Читаю о художниках. Но смотрю всегда сам. Конечно, наш музей не Третьяковская Галерея…
- Подожди! Завтра ты совсем будешь сражен! - Прервала его Елена. – Нас ждут передвижники.
На другой день они пришли к обеду. У Надежды Петровны был свободный день. Она сама открыла им дверь. Возбужденные молодые люди продолжали начатый спор. Пока Ярослав задержался у вешалки, Елена лукаво подмигнула матери и скорчила уморительную гримасу. Но как только Ярослав вошел в комнату, она моментально сердито сдвинула брови. Ярослав был молчалив и старался не смотреть на Елену.
- Мама, представляешь, ему передвижники не понравились! А уж о
современной живописи я и не говорю. Мы просто прошлись по первому этажу этаким прогулочным шагом, и – домой.
- Алёна! Нельзя же так на человека налетать! Тебе нравится одно, ему – другое. И это очень хорошо. Так и должно быть. Минуточку! Телефон! - И она поспешила в прихожую.
Елена и Ярослав все еще обсуждали картины Дейнеки, когда вернулась Надежда Петровна.
- Я прошу прощения! Алёнушка! Звонил папа. Сказал, что встретил в метро Севу и пригласил его сегодня к ужину. Папа думает, что Славочке интересно будет поговорить с Севой. Он ведь такой эрудированный.
Елена пожала плечами. Сегодня ей визит Севы был совсем безразличен.
- Получишь море удовольствия, когда Севка начнет излагать тебе свой взгляд на современное искусство, - пообещала она Ярославу. – А я изо всех сил постараюсь молчать – пусть полюбуется собой. В нем есть что-то от молодого петуха. Да! Кстати. Ты читал его повесть в журнале «Москва»? Только что вышла!?
- Нет, не успел. – Ярослав покраснел и опустил глаза. – Журнал пришёл перед моим отъездом. Я его только просмотрел.
- Ведь врёшь, что не успел! Там и читать-то нечего! Ничего выдающегося там нет. – Засмеялась от удовольствия, что поймала Ярослава на лукавстве, Елена. – Журнал у меня в комнате. Сейчас принесу. Ознакомься. Времени до вечера достаточно. Всё-таки автор – мой приятель. Может, найдёшь за что похвалить и, невзначай, ввернёшь что-нибудь лестное. Севке будет приятно. Он на похвалу падок.
- Алёна! Не надо так! Он же твой приятель! Пренебрежительный тон?! Не надо. Славочке и вправду, должно быть интересно. - Заключила Надежда Петровна и ушла в кухню.
- А Слава-то, кажется, нравится нашей Алёне. Такая строптивая девчонка! И вот, пожалуйста! Чудеса! – И Надежда Петровна принялась обдумывать своё открытие.
Всеволод Константинов был писателем. Он закончил Литературный институт. Напечатал несколько рассказов и повесть в журнале «Москва». Они имели успех у критики. Он, конечно, надеялся на признание, но никак не ожидал такой похвалы. Не был готов к ней.
– Талант признали! Что и требовалось доказать! Видишь! - Ликовала его мама. - Я всегда верила в тебя, дорогой мой! Сбылось! - Она крепко обняла обожаемого сына.
Всеволод внимательно посмотрел на своё отражение в зеркале. Улыбнулся. И победным жестом откинул волосы назад.
В тайне, он уже давно считал себя мастером пера, и несколько свысока поглядывал на окружающих его простых смертных. Правда, это ему удавалось не со всеми. Сева не переносил насмешек и боялся их пуще всякой критики. Это еще с давних пор заметила Елена, и он ходил у нее в узде, или на коротком поводке, или вообще в строгом ошейнике. Она очень нравилась ему. Так он говорил сам себе. Но любой посторонний, видевший их вместе, мог вполне определенно сказать, что этот толстеющий молодой человек, черноволосый, с большим ртом и курносым носом, просто по уши влюблен в свою спутницу. Севе было двадцать восемь.
В суете жизни, он никогда не забывал о Елене. Думал о ней с нежностью. То и дело воскрешал в памяти их первое знакомство, и, с недоумением пытался осознать, почему и во что всё это вылилось. Главное, почему? Прошло 4 года, а он всё недоумевал.
Четыре года назад он встретил Елену. Встретил на вечеринке у своей двоюродной сестры. Вечеринка была в честь какого – то праздника. Его собственная писательская компания, как-то рассыпалась сама собой. Вечер оказался пустым. И тут он вспомнил о двоюродной сестре.