– Я тоже не люблю делать монотонную работу. А куда денешься от нее? Приходится, – ушла от неразрешимой проблемы Инна.
– Социальная дискриминация в той или иной степени существует в любом обществе, – вернулась Жанна к серьезной теме.
– Я слышала по радио, что в Финляндии женщина, вырастившая троих детей, обеспечивается пенсией до конца жизни. – И Аня попыталась сохранить свое направление в озвученной теме.
– А в Израиле женщины в армии служат, – напомнила Жанна.
– А в России всё в семьях держится на нас, нашими стараниями сохраняется, – сказала Аня.
– Не во всех. Есть много настоящих, крепких, дружных семей. Я таким откровенно завидую, – сказала Лена. – Каждый сам себе выбирает дорогу.
– Было бы из чего выбирать, – фыркнула Инна.
– Перефразируя слова из известного фильма, спрошу: «Что же это за дорога такая у многих наших женщин, если она не ведет к счастью?» – Это Инна как бы вдогонку задала вопрос Лене.
– К чьему счастью? Вон Федор с упоением живет. Бог весть, что о себе мнит. Его взгляд никогда не омрачается сознанием вины. Ни тени смущения, ни стыда, мол, такова притягательная сила порока. Шутит: «Нам дозволено судьбой счастье с женщиной любой».
– Серьезно говорит, – возразила Ане Инна.
– У меня в деревне, куда я езжу летом с детьми отдыхать, есть соседка. Страшненькая и совершеннейшая дура. У нее муж работящий, хата крепкая, куча детей, хозяйство. Всё у них просто. Он на нее матом. Она ему в ответ. Все веселы и счастливы. Умным труднее? – спросила мнение подруг Жанна.
– …Древние мудрецы утверждали, что для мужчины красота женщины больше, чем талант и остальные прекрасные качества, – сказала Аня.
– Сейчас умные мужчины думают иначе, – не согласилась с ней Жанна.
– Ты про деньги?
– А я могу и другую фразу припомнить: «Кто живет и мыслит, тот не может в душе не презирать людей». И что из того? – спросила Инна.
– Какой снобизм! Какой недобрый взгляд! Ты была бы не против слово «людей» заменить на «мужчин»? – в шутку спросила Аня.
– Почему бы и нет? – рассмеялась Инна.
– Я бы еще смягчила эту фразу словом «некоторых», – сказала Жанна и рассмеялась, поняв, что получилась абракадабра, нелепица.
– …И Федор поначалу, наверное, жене говорил другую формулу: «и с женщиной одной…». Шпарить цитатами – его конек. Памятью и речью владеют многие, а ум нечасто и не многим воздается судьбой, – сердито пробурчала Аня. – А если еще и очень переоценивать свою значимость...
– Федька для тебя ну совсем уж «яркий представитель темных сил», – усмехнулась Инна.
– Эмма – красавица, а не избежала горькой бабьей участи.
– Судьба-злодейка бывает причудлива.
«Не беседа, а сумбур какой-то. Может, я уже сплю?» – подумала Лена и окончательно потеряла нить разговора.
– Инна, я расскажу тебе один случай, а ты объясни, права ли я, – попросила Аня. – Была я в доме отдыха. Кроме меня за обеденным столом сидели еще две супружеские пары. Лет им было по пятьдесят, может, чуть больше. Один из мужчин в какой-то странной гротесковой форме часто благодарил официантку за прекрасное, а с моей точки зрения, обыкновенное обслуживание. Он был неестественно весел, весь извивался, чуть ли не до пояса кланялся ей, рассыпаясь в комплиментах. Меня такое поведение смущало и приводило в недоумение. Эта пара быстро обедала и вежливо уходила из столовой. Вторая ела медленно, основательно, и каждый раз после ухода первой тихо, но ожесточенно обсуждала поведение соседа по столу. Это выглядело приблизительно так:
«Кому он делает приятное?» – возмущенно спрашивала жена.
«Он считает, что официантке», – увиливал от ответственности муж.
«Он не замечает, как неловко чувствует себя эта женщина под градом его вычурных фальшиво-шутливых фраз? Как ты считаешь, о чём она думает, глядя на него?»
«Забавный, весёлый мужчина».
«По её лицу я читаю совсем другое: «Странный человек – сидит рядом с женой и выкобенивается. Кого он хочет унизить? Супругу? Тогда зачем меня впутывает в свои отношения и дурой выставляет перед отдыхающими?» Я отношу его к категории людей, которым приятнее унизить, оскорбить человека, чем помочь ему в чем-то. Я считаю это качество пусть даже временным, но отклонением от нормы».
«Шуток не понимаешь».
«Я бы не хотела, чтобы надо мной так шутили. Ты заметил, у нас каждый день меняются молодые официантки. Не выдерживают «повышенного» внимания клиента. Теперь нас обслуживает очень полная и флегматичная женщина средних лет. Видно, все остальные отказались иметь дело с «весёлым» отдыхающим. А эта терпеливая, иронично посмеивается, наблюдая, как изощряется наш сосед. Как ты считаешь, что думает по этому поводу жена этого весельчака?»