Айфон начинает вибрировать и уползать к краю стола.
– Привет, Захар.
– Как дела? – беззаботный голос друга раздражает как никогда.
– Полная задница. Жаба из Роспотребнадзора прискакала.
– Какая-нибудь мерзкая бабища с немытой головой?
– Нет, это особь мужского пола. Редкостная тварь, судя по всему.
– Сочувствую, – вполне искренне сопереживает Захар. – Но есть ведь и плюсы. Воспользуйся тем, что ты женщина. Кстати, брюнеткой ты мне нравишься больше. Огонь.
Похоже, уже успел заценить мою фотку в инстаграме.
– Горячая такая. Замутить с тобой, что ли? – льёт мне в уши сладкие речи, которые сейчас ну вообще ни к месту.
– Троицкий, ты, как всегда, в своём репертуаре. Я теперь невеста, не забыл?
– Ох, мать вашу, простите, госпожа Ахметова, – сарказм из него так и прёт. – Увезут тебя скоро в горы, наденут хиджаб и заставят торговать козьим сыром.
Я хохочу на весь кабинет, тотчас во всех красках представив себе эту картину. Умеет ведь внести нотку позитива, засранец.
– Планы на вечер в силе, дурила? – наконец, успокаиваюсь я.
– Ага.
– Отлично. Хочу напиться до беспамятства.
– Придётся однозначно.
Как-то меня настораживает эта его реплика.
– А что есть повод?
– Ещё какой.
– Захааар… – тяну выжидающе.
– При встрече, ладно, Ариш? – тут же начинает сворачивать разговор он.
– Ты хоть намекни, с чем это связано. Знаешь ведь, что я терпеть не могу сюрпризы.
– Не с чем, а с кем. Связано с тем парнем, которого ты сбила.
Перестаю покачиваться на стуле, и сердце в неприятном предчувствии пропускает удар.
– Я заеду за тобой в восемь, детка.
Он сбрасывает, не прощаясь, а я ещё с минуту слушаю короткие гудки.
Что-то подсказывает мне – ничего хорошего от этой нашей встречи не жди…
– Арина Викторовна, – на пороге кабинета снова появляется взмыленный Дима. – Там это, Корнелюк вас просит явиться.
– Сюда его приведи, пожалуйста, – устало потираю висок. – И потом сделай так, чтобы нам никто не помешал.
Беляев кивает и спешит удалиться, а я, постукивая ногтями по лакированной поверхности дубового стола, напрягаю извилины.
Жабу из Роспотребнадзора надо как-то задобрить. Есть у меня мысли на этот счёт. Надеюсь, получится…
Глава 11 Арина
Ближе к вечеру персонал ресторана передвигается уже на полусогнутых, а мимо кабинета директора так и вовсе – тихо и не дыша. Потому что Стерлядь в моём лице, мягко говоря, не в духе. Разговор с инспектором Роспотребнадзора выходит не из приятных. Приходится по новой заслушать нескончаемый список претензий и замечаний, о которых жаба разглагольствует битый час. И чем дольше этот хрыч говорит, тем яснее я понимаю: отделаться конвертом не получится. Не возьмёт… И тех, кто натравил его на мой ресторан – не сдаст.
С откупом так и получается. Когда я устаю всячески намекать и задаю вопрос о необходимой сумме в лоб, Корнелюк лишь петушится ещё больше. А потом вообще начинает угрожать статьёй. Мол взятку ему предлагаю.
Конечно предлагаю, разве не так решаются подобные проблемы?
Поостывши, товарищ инспектор принимается снова промывать мне мозги. Сперва я просто слушаю, потом начинаю спорить, а после и вовсе решаю-таки выставить его за дверь, но внезапно передумываю. Причина – серия фотографий, обнаруженная мною на странице Корнелюка, изучать которую я стала от скуки.
В голове тут же зреет план. Глупый и странный, но я, сменив гнев на милость, практически умоляю Генриха Виссарионовича дать нам возможность исправить все косяки и реабилитироваться в кратчайшие сроки.
Однако Жаба-Роспотребнадзор остаётся верен себе, по телефону бесстрастно отдаёт кому-то команду на выписку штрафов и торопится покинуть ресторан. Дескать итак исчерпал лимит отведённого на нас времени.
Бросает напоследок фразу о том, что явится утром, и практически умершая надежда воскресает внутри меня птицею Феникс.
*********
В семь решаю приостановить приём заказов, проводить клиентов, коих итак было немного, и закрыть ресторан. Собираю летучку, на которой должны присутствовать все без исключения.
– Сегодня никто не уходит домой до тех пор, пока не будут отработаны замечания Корнелюка, – сообщаю я сотрудникам, собравшимся в зале.