— Да не может быть! — воскликнул Андрей. — Ей-то зачем?
— А кто тогда? Кто? — Антон понял, что он быстрее сломает зубы, нежели сковырнет пробку, и со злостью швырнул бутылку в приоткрытое окно. С улицы послышался мелодичный звон разбитого стекла. — Леха ее вычислил. Один раз она видела его возле «Космоса».
— Ну и что? Мало что он там мог делать!
— Это ты так думаешь, наивный. А я тебе вот что скажу. — Антон резво вскочил с дивана, выключил телевизор и принялся вышагивать по комнате. — Она стукачка. Ее для того и взяли в институт, чтобы она закладывала своих однокурсников. Ну, посуди сам, как девочка из бедной ленинградской семьи могла сдать все экзамены на «отлично»? Такой контингент не проходит дальше первого тура, их заваливают! Она шпионка, я тебя уверяю! Неприметная, серая, якобы старательная ученица, а на самом деле подсматривает за всеми. Я ее сразу раскусил, еще когда нам студенческие билеты вручали… Очень уж ей ректор долго и горячо руку жал, что-то на ушко нашептывал…
— Может быть, он просто поздравлял Лену, желал ей удачи… — предположил Андрей.
— Щ-щас! — расхохотался Антон. — Делать ему больше нечего. Меня он почему-то не поздравлял. Сунул билет, и все…
— И вы решили проучить ее? — догадался Андрей. — А если вы все-таки ошибаетесь? Если накапал кто-то другой?
— Не ошибаемся! — пьяно закричал Антон и затопал ногами. — Она стукачка, и после первой же сессии ноги ее больше не будет в институте! Уж мы постараемся… Знаешь, что я придумал? Жанка подложит ей в сумку книгу, а я сделаю так, чтобы эту книгу обнаружили…
— Какую книгу? — Андрей непонимающе смотрел на товарища.
— Да какая разница? Солженицына, например…
— Но это же подло…
— Подло?! — Антон рассвирепел. — А закладывать друзей не подло? Да я бы ее своими руками придушил.
То ли хмель, наконец, ударил Андрею в голову, то ли дала о себе знать невероятная усталость, но у парня вдруг начались какие-то странные видения, перед глазами появились разноцветные круги, а к горлу подкатил тошнотворный комок. Антон исчез, словно растворился в пространстве. Вместо него посреди комнаты появилось странное животное небольшого росточка, мохнатое, с длинными лапами-щупальцами. Изо рта зверюги белыми хлопьями вытекала пена, хищнически цокали огромные клыки, налитые кровью глаза бешено вращались. Андрею хотелось убежать, спрятаться, но ноги его не слушались, будто приросли к земле. А чудовище, злорадно рыча, приближалось и вот уже протянуло к его шее свои передние конечности. Сверкнули острые когти…
— Э, старик… — Над Андреем склонился Антон. — Пора ехать. Завтра тяжелый день.
Багин лежал на полу, широко раскинув руки. Видимо, падая с дивана, он сильно ушибся — ломило в затылке.
— Нет, — сказал Андрей, — мы никуда не поедем.
Он и представить себе не мог, что Антон сейчас поведет машину.
— Телефон здесь есть?
— На втором этаже, в родительской спальне. А зря ты не хочешь ехать.
Сказав это, Антон повалился на диван и через мгновение заснул.
Пальцы Андрея дрожали, когда он набирал телефонный номер. Только сейчас он вспомнил о Наташе, представил, как она сейчас мечется по огромной пустой квартире, волнуется, переживает за него, не знает, где он, почему не пришел.
«Какая же я все-таки скотина, — думал он, когда в трубке послышались длинные гудки. — Забыл… Забыл про Наташку, напился как свинья, на работу не пошел… Врать ей? Обманывать? Не могу, скажу все как есть, она меня простит…»
— Алло, тетя Клава? Добрый вечер, я вас не разбудил? Ах, спите уже… Это Андрей… Андрей Багин, вспомнили? Теть Клав, позовите, пожалуйста, Наташу. Я очень вас прошу, если не трудно… Я подожду. Ага, спасибо…
«Милая моя девочка, хорошая моя… — Андрей прижал трубку к груди. — Прости меня, поганца… Прости…»
— Алло, Татка… Здравствуй… Не кричи, прошу тебя… Я все объясню, родная… Ну не плачь, что со мной могло случиться? Ну перестань… Из метро звоню. У нас семинар завтра… В общем, пришлось в библиотеке посидеть… Да, шпаргалки сделал… А потом посмотрел на часы, а уже десять… Куда уж теперь?.. Не успею, Натуль. Лучше я сразу на станцию… Я тоже скучаю, но что поделать?.. И я люблю… Ага, утром… Все, целую…»
Автомобиль остановился напротив Большого театра. Андрей расположился на сиденье рядом с Антоном. На его коленях лежала вместительная сумка-баул. Ребята нервно курили. Скрипели «дворники», смахивая с лобового стекла мокрый снег.
— Выходишь на Неглинную, — давал последние наставления Антон. — Увидишь химчистку «Снежок». Рядом с ней дверь. Это и есть общественный туалет.