Ежедневный кризис
Я лежала на боку и без какого-либо интереса пролистывала ленту развлекательного сайта. В
глазах светилась неоновая табличка «Ну когда же уже», очень редко сменяемая сиянием
искренней вовлеченности в читаемый материал. Я знала, что меня ждет много дел, которые
делать не хотелось достаточно сильно, чтобы терпеть угрызения совести от прокрастинации. С
каждой минутой они становились все сильней, но я упорно продолжала свое занятие, полное
иступленной бессмысленности. Недаром мама всегда говорила, что я очень упрямая, но вместо
того, чтобы направить свое упрямство в конструктивное русло, я направляла его в поддержание
не просто ненужной деятельности, но деятельности неприятной в своем ворошении моей совести.
Объем предстоящих задач пугал своими размерами, и я предпочитала быть задавленной
тяжестью мук совести, чем им.
Однако я знала, что если такие мысли появились в моей голове, то я не смогу долго ничего не
делать и скорее рано, чем поздно встану и, плюясь ядом злости и раздражения, примусь за свои
дела. Конечно, у меня была сильная отговорка для того, чтобы продолжать ничего не делать, и
звучала она как «я же болею». Однако сознание услужливо подкидывало мне воспоминания о
прошлой неделе, проведенной под предводительством плохо сбиваемого жара, и внутренний
голос, противно ухмыляясь, рассказывал мне о том, насколько лучше я себя чувствую и насколько
беспочвенны мои отговорки теперь.
Обуреваемая потоком самоуничижительных мыслей я, наконец, встала, умылась и принялась за
выполнение своих задач. Первой из них стояло приготовление какой-нибудь пищи, которой в
моем холодильнике после больницы, конечно же, не осталось. Исполнительные курьеры еще
утром привезли мне продукты, которые после полутора часов магической ритуалистики на кухне
превратятся в овощное рагу, однако им пришлось ждать момента, когда я до них снизойду, в разы
дольше, чем томиться на толстостенной сковородке. «Как всегда»,- услужливо поддакнул
внутренний критик, от ударов которого я привычно отгородилась прочным щитом «лучше поздно,
чем никогда, а «никогда» уже не случилось».
Потом мне предстояло разобрать посылки с почты, законспектировать одну лекцию и прослушать
другую, и нежелание что-то делать счищалось вместе со шкурками репчатого лука и отправлялось
в мусорное ведро, чтобы гнить там в окружении других ненужных мне обрезков. Фраза «как
всегда» приобрела подбадривающий оттенок и перестала висеть на хребте тяжелым ярмом
неоправданной критики. Маленький ежедневный кризис был пройдет, и можно было спокойно
делать свои дела, не отвлекаясь на попытки саму себя раздавить и поиски поводов для этого.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов