Вальтер Кривицкий узнал об этом в мае 1937 года, находясь в кабинете Слуцкого. Тот только что закончил с кем-то телефонный разговор и сказал Кривицкому:
— Сталин и Ежов думают, что я могу производить аресты в Праге, как в Москве.
— Что вы имеете в виду?
— Требуется суд над троцкистскими шпионами в Европе. Это имело бы огромный эффект, если бы удалось его устроить. Пражская полиция должна арестовать Грилевича. Вообще говоря, они готовы сотрудничать, но с чехами нельзя обходиться попросту, как мы обходимся со своими. Здесь, в Москве, достаточно открыть пошире ворота Лубянки и гнать туда столько, сколько надо. Но в Праге еще остались легионеры, которые сражались с нами в 1918-м, и они саботируют наши действия.
Антон Грилевич, в прошлом активист германской компартии, член прусского ландтага, стал троцкистом и бежал в Чехословакию после прихода Гитлера к власти. Грилевича арестовали в Праге в середине июня 1937 года. В тот же день чешская полиция предъявила ему чемодан, который он, по его словам, не открывал с октября 1936 года и держал там брошюры, листовки троцкистской направленности, деловую корреспонденцию и другие материалы, хранение которых не нарушало законодательство Чехословакии. Однако ему предъявили якобы обнаруженные в чемодане три фальшивых паспорта, негативный снимок немецкого военного плана оккупации Судецкой области с датой 17 февраля 1937 года и рукописную инструкцию по использованию невидимых чернил. В связи с этим его задержали по обвинению в военном шпионаже в пользу Германии.
Грилевич полностью отрицал предъявленные ему обвинения, заявив, что полиция организовала провокацию, подбросив компрометирующие его материалы.
Несмотря на агентурные возможности НКВД в чехословацкой полиции, Грилевича осудить не удалось. Его освободили в ноябре этого же года, после того как он пункт за пунктом сумел опровергнуть все обвинения. Срыв этой операции явился серьезной недоработкой НКВД. Если бы Грилевич был осужден, Сталину удалось бы доказать правительствам западных стран, что троцкисты во главе с самим Троцким пошли на службу к фашистам и выполняют их шпионские задания. А так обвинения Троцкого в связях с немецкой разведкой, выдвигаемые советской пропагандой, остались голословными.
По данным того же Вальтера Кривицкого, не удалась попытка НКВД инспирировать через свою американскую агентуру судебное преследование троцкистов в США. Кривицкий считает, что с провалом этой операции связаны таинственное исчезновение в июне 1937 года в Америке агента НКВД Джульет Стюарт Пойнтц, в прошлом одной из лидеров американской компартии, и арест в декабре того же года вызванного в Москву сотрудника советской внешней разведки американского гражданина Дональда Робинсона, он же Рубенс.
Поэтому основной удар группы особых задач был направлен на троцкистов, находящихся в Испании, где у НКВД были очень сильные позиции. Руководство деятельностью резидентуры НКВД в республиканской Испании осуществлял Александр Орлов, одной из главных задач которого было обеспечить победу сталинизма над атакующей его марксистской ересью.
Определенное влияние в этом плане оказывалось и на компартию Испании. Исполком Коминтерна следующим образом проинформировал ее руководство: «Независимо ни от чего необходимо добиться окончательного разгрома троцкистов путем изображения их в глазах масс как фашистской секретной службы, осуществляющей провокации в пользу Гитлера и генерала Франко, пытающегося расколоть народный фронт, проводящей клеветническую кампанию против Советского союза, — секретной службы, активно помогающей фашизму в Испании».
В мае 1937 года испанские коммунисты при помощи НКВД приступили к уничтожению ПОУМ. Слуцкий информировал резидентов НКВД: «Все наше внимание приковано к Каталонии и к беспощадной борьбе против троцкистских бандитов, фашистов и ПОУМ».
В это время резидент в Испании Александр Орлов получил от Ежова личное указание разработать комплексное мероприятие по дискредитации и уничтожению ПОУМ и ее руководителя Андреса Нина.
В этом мероприятии Орлов проявил себя мудрым и изобретательным разведчиком, что он подтвердит через год, но уже в другом качестве.
После майского восстания в Барселоне, в котором наряду с анархистами принимали участие террористы и которое было жестоко подавлено республиканскими войсками мадридской полиции, контролируемой промосковскими коммунистами, были переданы сфальсифицированные документы, указывающие на связь Нина с генералом Франко. Изобличающие письма, содержащие фальшивые доказательства участия лидеров ПОУМ в заговоре «пятой колонны», были использованы для оправдания приказа правительства Негрина об аресте Нина и других руководителей партии.