— Товарищ Ежов передал мне ряд материалов, в которых мы видим, как народ — рабочие, советская интеллигенция, колхозники, школьники — помогают ловить фашистских шпионов и иностранных разведчиков. Каждый рабочий, каждый колхозник считает себя обязанным, если видит врага, помочь раскрыть его.
В августе 1937 года в Саратове слесарь Воронов задержал и доставил в управление НКВД некого Комлева. Комлев обещал ему десять тысяч рублей за совершение диверсионного акта — вбить железный болт в кабель на заводе, где работал Воронов. Не долго думая, товарищ Воронов привел врага в НКВД. Как после выяснилось, Комлев оказался агентом одной фашистской разведки…
Один рабочий сообщил в НКВД об участниках троцкистской организации. В том числе он назвал и своего брата… Видите, товарищи, этот рабочий не постеснялся сказать правду о своем родном брате, потому что выше всего, выше личных и семейных интересов он ставит Советскую власть…
Гражданка Дашкова-Орловская помогла разоблачить шпионскую работу своего бывшего мужа Дашкова-Орловского.
В Пугачевском районе в селе Порябушки пионер Щеглов Коля 1923 года рождения в августе этого года сообщил начальнику районного отделения НКВД о том, что его отец Щеглов И.И. занимается расхищением у совхоза строительных материалов. Щеглова-отца арестовали, так как действительно у него дома обнаружили большое количество дефицитных строительных материалов…
Вот где сила, вот в чем мощь народа!
…Выступление Микояна подходило к концу. Но Сталин так и не появился на заседании. Ежов понял, что его уже не будет. Настроение было испорчено окончательно…
Тогда он еще не знал, что в этот день начался закат его карьеры. Вождь уже приступил к подготовке устранения «Ежевики», как часто он в последнее время ласково называл своего наркомвнудела.
Только в этом году за политические преступления был арестован без малого миллион человек и практически каждый третий из них был расстрелян. Сталин понимал, что этот мощный удар пришелся не только по самим врагам народа, но и по промышленности, транспорту, армии, казне, по партийной структуре, науке, по всем составляющим общества. Еще один такой год повального разоблачения врагов, и может произойти крах государства, общества.
Но сбавлять темпы репрессий надо постепенно. Сделаешь это резко, всех врагов оправдаешь — будут они вроде бы как невинными мучениками. Нет, и левые, и правые получат свое. Просто Сталину скоро опять понадобится очень удобное слово «перегибы», как в тридцатом, в ходе повального раскулачивания. Тогда, опубликовав статью «Головокружение от успехов», он перевалил всю вину за массовые расправы над крестьянами на местные власти, допустившие перегибы. Так будет и на этот раз.
Перегибы на местах в борьбе с врагами народа допускали отдельные партийные, прокурорские работники, чекистские руководители. А партия и товарищ Сталин поправили их. Вот и будут думать люди, что чьего-то отца или мужа пустил в расход какой-нибудь следователь-перегибщик, который и сам, скорее всего, враг народа. А разве товарищ Сталин может знать обо всех этих случаях. Пусть посыплются люди Ежова, а потом очередь дойдет и до него.
Хозяин уже опасался и той власти, которую сосредоточил в своих руках этот маленький и с виду послушный человек, и ареола народного героя, созданного Ежову в последнее время. А вдруг у него хватит ума спровоцировать какие-нибудь выступления, приписать их ближайшему сталинскому окружению, а потом, подавив все это, взять власть в свои руки, оставив Сталина чисто номинальным правителем? Сталин допускал это и в конце тридцать седьмого уже решил избавиться от Ежова. Но сразу это теперь не сделаешь. Ежов не Ягода, слишком сильны позиции и очень популярен, да и время сейчас не то. Надо постепенно подрубать ему корни, продолжая пока гладить по головке.
Для начала надо показать, что Ежов уже не безусловный его фаворит и это прежде всего должны понять партийные лидеры, руками которых Сталин будет избавляться от маленького наркома. Ну а первый гвоздь в гроб Ежова уже готов. Сталин дал команду Маленкову подготовить к январскому Пленуму ЦК ВКП(б) доклад «Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии».