— Ты нас обманывал? Ты знаешь наш язык? — от острого взгляда женщины стало жутко. Я понял, что ступил на опасный путь.
— Наверное… я ничего не помню! — я виновато развёл руками. — Я ничего о себе не помню. Только имя. И язык не помнил. У меня… рана на голове.
— Я слыхал, такое бывает, — заговорил Данн. — Я видел, у него там даже куска волос нет и шрамище здоровенный!
Я не до конца понимал Данна, он говорил на просторечном диалекте этого языка, но мозг услужливо предлагал варианты слов в реальном времени на основании контекста. Раз запущенный, процесс Эзокинеза уже нельзя остановить насовсем, и, пока я сосредоточен на изучении языка, все ресурсы нервной системы шли на это, пусть даже с ущербом для всего остального. Я чувствовал, что зрение стало более размытым, ослабли осязание и обоняние, но жертвы стоили того. Теперь я мог говорить с ними!
— Тебя не спрашивали, — холодно бросила Фолиам и снова обратилась ко мне. — Но лекарю в городе мы тебя обязательно покажем. Твоя одежда, манеры — всё в тебе какое-то… странное. И чем ты убил медведемона?
«Медведемон». Значит, тут и демоны есть?.. Час от часу не легче.
— Я и сам не понял. А это точно был я?
— Солдаты видели вспышку. Никто в моём отряде не владеет магией. Этот, — она пнула Данна в колено, — В колодках. Больше некому.
— Магия?..
— Парню точно надо к лекарю, — сочувственно проворчал Стражник.
Фолиам покачала головой, недовольно поджав губы.
Итак, в этом мире существует магия, и Данн ей владеет. Кандалы на его и моих руках блокируют магию. Осталось понять, что такое «магия», имеет ли она отношение к моим способностям… я поймал себя на том, что улыбаюсь. Да, возникло много новых вопросов, но я получил и первые ответы. К чему всё это ведёт, было не так важно — важнее было то, что я избавился от ощущения полной беспомощности и болезненной невесомости, в котором пребывал всё время в этом мире. Теперь я, пусть и в кандалах, чувствовал себя чуточку свободнее.
В следующей главе: герой покинет лес
P.S. Следующая глава и все за ней будут выходить по пятницам, постараюсь придерживаться чёткого графика.
Глава 4, в которой герой учится на соломе
Магия могла быть, а могла и не быть. Они могли называть так эсперские способности, подобные моим, или непонятные им технологии прошлого (или будущего?). Я понимал, что бесполезно гадать, пока не будет возможности узнать об этом напрямую, но всё же не мог не изводить себя этим. Дома в Унии магии не было и, пожалуй, быть не могло: с тех пор, как стало известно об эсперах, многим неразрешимым загадкам прошлого нашлись вполне научные объяснения. Но здесь, в другом мире, могло существовать что угодно! Эта мысль не давала мне покоя. Я твёрдо решил спросить об этом у Фолиам на ближайшем привале, но привалов не было, а во время пятиминутных остановок, которые происходили каждые часа три-четыре, приставать с расспросами казалось неправильным.
Примерно в середине дня стражник достал из рюкзака бурдюк с водой, слегка почерствевший хлеб, два кусочка вяленого мяса и протянул нам с Данном. Кем бы ни был викинг в кандалах, даже несмотря на регулярные тычки и затрещины, относились к нему настолько уважительно, насколько было возможно в обществе с таким развитием культуры и технологий… хотя могу ли судить обо всём мире по этим людям? Сейчас весь мой горизонт — это замкнутое пространство деревянной повозки, которая мчит в неизвестном направлении.
Повозка не остановилась и с наступлением сумерек, и я понял, что мой последний шанс сегодня что-нибудь узнать — сейчас.
— Уважаемая Фолиам! Я прошу прощения за неожиданный вопрос, но никак не могу вспомнить: а что такое магия? Это… какие-то редкие способности?
Она приподняла бровь.
— Ну-у… можно и так сказать, — она вытянула перед собой руку ладонью вверх.
Я несколько раз моргнул, затем протёр глаза. Фолиам усмехнулась.
В нескольких сантиметрах над её ладонью в воздухе медленно крутилась чёрная конструкция из четырёх геометрических фигур - круга и вписанных в него трёх равносторонних треугольников. За границей круга в воздухе трепетали незнакомые чёрные символы.
— А что делает эта магия? — не удержался я.
— Она делает больно, — она лёгким движением руки развеяла фигуру. — И помогает ловить таких засранцев, как этот, — она мотнула головой в сторону Данна.
— Да, да, дамзель капитан генерал адмирал, вы та ещё штучка, трепещу и содрогаюсь, — нахмурившись, пробормотал бородач.
— И правильно делаешь, — серьёзно кивнула Фолиам. — Пока у тебя ещё есть шанс вернуться на свою дикарскую родину живым.