— Ох… Я думал, раньше оборвёте. Однако вы даже до «ямочек над филейными частями» дослушали. Экий вы, сударь, сладострастник. Сколько раз могли «франкотт» свой подобрать, да не стали — очень уж хотелось ещё послушать.
С этими словами Свидригайлов быстро наклонился вперёд, концом палки ловко подцепил револьвер и подтянул к себе. Надворный советник не успел и шелохнуться.
— Хорошая вещь, — одобрил весельчак, покручивая барабан. — Рублей сорок, поди, отдали? А вот интересно, — он заглянул в дуло…
Здесь, на середине предложения, повесть заканчивалась, причём за последним абзацем, яростно перечёркнутым крест-накрест, было криво и крупно написано:
Мочи нет! Всё чушь! Надо не так, не про то! И начать по-другому!
А дальше начинался текст, знакомый Николасу Фандорину с юных лет:
«В начале июля, в чрезвычайно жаркое время, под вечер, один молодой человек вышел из своей каморки, которую нанимал от жильцов в С-м переулке, на улицу и медленно, как бы в нерешимости, отправился к К-ну мосту. Он благополучно избегнул встречи с своею хозяйкой на лестнице. Каморка его npиходилась под самою кровлей высокого пятиэтажного дома и походила более на шкаф, чем на квартиру. Квартирная же хозяйка его, у которой он нанимал эту каморку с обедом и прислугой, помещалась одною лестницей ниже, в отдельной квартире, и каждый раз, при выходе на улицу, ему непременно надо было проходить мимо хозяйкиной кухни, почти всегда настежь отворённой на лестницу. И каждый раз молодой человек, проходя мимо, чувствовал какое-то болезненное и трусливое ощущение, которого…
ДОПОЛНЕНИЯ И ПРИМЕЧАНИЯ
Одна из тягчайших нагрузок почти всякого детективного романа — необходимость в конце разъяснить все хитросплетения и разоблачить все фокусы, которыми сочинитель расцветил сюжет. Совершенно уклониться от этой повинности невозможно, ибо рискуешь оставить читателя обиженным и неудовлетворённым. Однако растолковывать каждую мелочь тоже не резон, ведь за кокетство завязки и неожиданность кульминации отдуваться будет несчастный финал, в котором и так каждая строка на вес золота..
С одной стороны, долг вежливости требует от автора все непонятности разжевать, в рот читателю положить, да ещё губы салфеткой вытереть. С другой стороны, от чрезмерной обстоятельности концовка детективного сочинения вечно получается растянутой, вялой, а для читателя проницательного ещё и излишней, потому что он и так все отлично понял. Находясь меж сими Сциллой и Харибдою, решились мы на компромисс: оставили внутри самого романа лишь разъяснения совершенно необходимые, а разоблачение мелких фокусов, равно как и необязательные, но полезные дополнения к нашему повествованию вынесли в особый раздел.
Сделано это не ради какого-нибудь, упаси Боже, формализма, а единственно в надежде, что так будут и волки (то есть читатели проницательные) сыты, и овцы (сиречь читатели обычные) целы.
С. 5 — Короче тухляк вышел, полный.
Вот мини-глоссарий наркоманского жаргона, призванный облегчить читателю восприятие лексического ряда этой главы (термины приведены в порядке появления):
Тухляк — безнадёжная, безвыходная ситуация.
Совсем мёртвый — находящийся в состоянии тяжёлого абстяга (см.)
Тряска — тремор, один из симптомов абстяга.
Зависнуть — плохо отдавать себе отчёт в происходящем.
Абстяг — абстинентный синдром.
Отходняк — то же, что абстяг.
Дорога, арык, верёвка — вена, в которую вводится инъекция наркотического вещества.
Центровая трасса, она же центряк — срединная локтевая вена.
Иглиться — делать инъекцию наркотического вещества.
Децил — количество наркотика, помещающееся между двумя чёрточками на шкале шприца.
Ляпнуться всухую — уколоться пустым шприцем.
Ширяла, нарком — наркоман.
Хлеб — общее название для наркотических средств, дающих синдром привыкания.
Барыга, кровосос, пушер — розничный торговец наркотиками.
Пушерить — продавать наркотики в розницу.
Задвинуть стёклышко — ввести одну ампулу наркотического раствора.
Ширяться — делать инъекции наркотического средства.
Дырка — инъекционное отверстие на вене.
Догон — повторное введение наркотика для усугубления одурманивающего эффекта.
Приход — первый, эйфорический этап наркотического опьянения.
Сидеть на барбитуре — принимать барбитураты.
Подвиг — инъекция наркотика (от слова двинуться — сделать инъекцию).
С. 35 — …шесть дней назад определённый приставом следственных дел в Казанскую часть Санкт — Петербурга.
В описываемое время Санкт-Петербург был разделён в административно-полицейском отношении на десять районов — так называемых «частей». Охраной правопорядка в каждом районе ведал частный пристав, обычно в звании полковника. Всю деятельность по расследованию уголовных преступлении в части вёл пристав следственных дел.
Каждая из городских частей, в свою очередь, подразделялась на кварталы. Контора квартального надзирателя — учреждение, соответствующее современному отделению милиции.
С. 41 — Очень недурно выйдет и для формулярного списка, и в смысле репутации.
Формулярный список — личное дело чиновника, куда заносились все сведения персонального и служебного порядка.
С. 46 — Родит — ив Воспитательный дом несёт.
Воспитательные дома, первоначально именовавшиеся «сиропитательными» были учреждены Екатериной Великой для воспитания сирот и, главным образом, подкидышей. Инициатором этой благотворительной затеи стал И.И. Бецкой, незаконнорождённый сын одного из князей Трубецких. В секрето-родильном отделении Воспитательного дома женщинам, во избежание огласки и позора, дозволялось рожать в маске, после чего младенец оставался на попечении учреждения.
Воспитанники получали начальное образование, обучались какому-либо ремеслу и по достижении зрелости должны были получать ряд привилегий. Екатерина надеялась, что из этих детей образуется столь нужное России сословие «третьяго чина и новаго рода людей». Однако, как это у нас часто случается, чудесная идея вылилась в кошмар. Уход за младенцами был скверный, кормилиц не хватало, смертность среди детей достигала чудовищных пропорций. Например, из 1089 младенцев, сданных в Московский воспитательный дом в 1767 году, выжили только 16. Во время действия повести смертность младенцев в Санкт-Петербургском воспитательном доме составляла 75% (данные комиссии лейб-медика Карреля за 1863 год).