Если, конечно, столкновение на Грандиозной не было частью какого-нибудь многосложного плана за авторством арлекинов. Это бы объяснило, почему корсары до сих пор не объявились. Байл поморщился: эта мысль ему не нравилась. Если так — значит, арлекины входят в список тех, кто хочет вмешаться в его планы, а они — существа малопонятные, нелогичные и непредсказуемые.
И тут на мгновение ему показалось, что он находится в камере с пленницей. Байл замер, отказываясь верить в то, что видит. Изящные силуэты танцевали вокруг лежащей без сознания пленницы, словно знали, что на них смотрят, и их движения гипнотизировали, казались ирреальными… А потом они исчезли, словно их и не было. Байл моргнул и вывел на экран пикт-потоки с нескольких камер.
Ничего… В голове пульсировала тупая боль, и он потер лицо. Галлюцинация. Видения посещали его время от времени: тем чаще, чем сильнее разрушалось тело. К тому же он не спал… Он не помнил, как долго. Ему надо было отдохнуть. В первую очередь телу, но и разуму тоже.
Но потом. Потом. Он отключил трансляцию из камеры и отвернулся.
— Принесите мне объект Р-12,— сказал он жестче, чем собирался. Пробирочники бросились выполнять приказ, карабкаясь по цилиндрическим контейнерам, выставленным вдоль дальней стены.
Контейнеры были сделаны на заказ одной знакомой адепткой — госпожой Шпор с Квира. Темные Механикум могли быть полезными, особенно когда его медицинское оборудование времен Крестового похода начинало приходить в негодность. Он улыбнулся, вспомнив теплые вечера на медной веранде госпожи Шпор, высоко над морем смога, которое скрывало черные плотофабрики Квира. Сколько прекрасных минут они провели тогда за дискуссиями об искусстве консервации сырья.
— Исключительное создание, — произнес он.
Бормочущие пробирочники вытащили из контейнера тело, которое он запросил. Оно блестело от консервационных жидкостей и было усеяно десятками катетеров. Самым сложным в его деле было сохранение материала в свежести. Именно для этого были нужны контейнеры. С мертвечиной можно было многого добиться, но для того, чтобы продвигаться вперед, ему нужно было свежее сырье. Живые тела предоставляли больше возможностей для исследований, чем мертвые.
— Положите его на стол, — приказал Байл, изучая диагностические данные. Он заполучил этого псайкера, напав на один из Черных кораблей Империума. Вспомнив об этом, он фыркнул. Если и были в Галактике более вопиющие случаи загубленного потенциала, он о них не знал. Лоялисты скармливали Императору-трупу миллионы душ, и все в попытке отсрочить неизбежное.
— Они с Абаддоном друг друга заслуживают, — сказал он пробирочнику. Недоразвитое существо подняло на него пустой взгляд. Он до сих пор не знал точно, как много они понимают, но не видел смысла ограничивать их образование. Когда-нибудь им придется самим заботиться о себе. Они должны были знать, что их ждет.
— Адаптация и эволюция, а не стагнация. Управляемая адаптация, должен уточнить. Бесконтрольные мутации, по правде говоря, хуже стагнации. Случайность нас всех погубит. — Он повернулся к телу и осмотрел его на предмет повреждений. Ничего не обнаружив, он приступил к работе. Тело принадлежало сильному псайкеру, наделенному разнообразными способностями, в том числе базовым умением контролировать органы чувств. В целях предосторожности Байл заморозил ему почти все основные нервные узлы и замедлил работу мозга ровно настолько, чтобы псайкер перестал быть угрозой, но не получил необратимых повреждений. В будущем он еще мог послужить в качестве оружия. А пока достаточно будет пробы мозга. Его способности можно было привить другим людям и усилить, создав подобие психического тумана, способного скрыть флот от чужих глаз. И Байл не сомневался, что в сочетании с пробами, взятыми у пленницы, из мозга получится создать органы чувств, которые одновременно укажут им путь к добыче и позволят подобраться к ней незамеченными.
Хирургеон возбужденно зашевелился: ему не терпелось приступить.
— Начинаю с разреза на левом виске, — произнес Байл.
Двери в лабораториум с шипением раскрылись. Байл не поднял голову. Он знал, кто это. Только одному члену Консорциума позволялось входить без предупреждения.