Турбовол приближался. Но с каждым скачком движения его замедлялись. Даже бешеная ярость не могла превозмочь надвигающуюся смерть. Вепрь в последнем свирепом прыжке попытался дотянуться до замершего Стрелка. И рухнул к его ногам. Рассчитано все было идеально. Но охотник все-таки заметно побледнел. Он вскинул руку в неприличном жесте, адресованном Его Величеству и несостоявшейся невесте.
На стене жест заметили и оценили.
А Стрелок развернулся и стремительно зашагал в лес.
34
34
Чудища появились на третий день. Их было… много. Воевода, помогавший плотникам Фомы сооружать городок-полигон, заметил их первым. Сосчитать их он не успел. И не мудрено, когда на остров из прибрежных кустов лезет такое!
– Отступаем! – только успел крикнуть Воевода, спрыгивая с недостроенной стены и держа топор наперевес.
Плотники, хоть народ и не военный, подчинились команде беспрекословно. К удивлению Воеводы, инструмент они не побросали. Отступали слаженно, неплохо сгруппировавшись для новобранцев. Все-таки, Фома не зря тщательно подбирал парней в свои бригады. Чувствовалась сработанная команда. Образовав два крыла, плотники медленно пятились к холму в центре острова, где уже почти готов был главный терем.
От укрепленной стены или, на худой конец, частокола Фома наотрез отказался. Хоть Воевода и предлагал. Теперь становилось ясно, что зря не настоял. Чудища выходили из болота.
– Держать строй! – подбадривал Воевода неожиданно оказавшийся под его командованием отряд. – Не толпиться! Они не полезут!
Но они лезли. Не торопясь, чуя, что добыча от них никуда не денется.
Воевода вновь ощутил себя молодым сотником, удерживающим фланг во время битвы у Трех Сосен. Разница была лишь в том, что тогда напирали конные кочевники, простые и понятные обычному дружиннику. А тут приближались страшные чудища. И чего от них ожидать – неясно.
– Простите, господа! Могу предложить вам защитный купол…
– Давай!!!
Кто-то сзади выкрикнул несколько непонятных слов, и чудищ отмело за границу острова. Все выдохнули и медленно обернулись. На них сквозь непроницаемые темные очки смотрел Волшебник. Он замер, тяжело опираясь на посох:
– Успел.
– Ну, спасибо, Волшебник. Если б не ты… Откуда их здесь столько?
– Вообще-то такие существа здесь не водятся.
– А как же они сюда попали?
– С моей помощью.
– Да ты шутишь!
– Чувство юмора, конечно, присуще чародеям. Но, как правило, оно весьма специфично. И сейчас я не шучу. Все из-за них! – Волшебник снял очки и стал рассматривать их на просвет.
– Из-за очков?
– Из-за Казначея с Мастером! Они прямо перед приступом предложили наколдовать чудищ! Чтоб героя обучать! На живом примере, так сказать! Плохая идея! Плохая!
– Мы и не думали, что так получится! – подбежал запыхавшийся Казначей.
– А надо было думать! Я за вас думать обязан?!
– Извини. В следующий раз…
– А следующего раза может и не случиться!
– Так! – Воевода вклинился между ссорящимися. – Давайте-ка успокоимся и обсудим сложившуюся ситуацию. Как насчет общего собрания у плана острова через полчаса?
– Лучше через час. И, пожалуй, не стоит тащить туда всех. Достаточно будет представителей.
35
35
Представитель был только от плотников – сам Фома. Остальные представляли сами себя: Нелюдим, Емельян-печник, трое бывших лучших и один государственный преступник.
– Мастера не будет? – спросил Волшебник, когда все собрались возле макета.
– Мастера не будет, – помотал головой Казначей. – Он ушел за героем.
– Уже?! Но ведь стройка в самом разгаре, еще ничего не готово?! Я так не работаю!
– Во-первых, он еще не вернулся. Во-вторых, он даже не сказал, когда собирается вернуться. В-третьих…
– У нас проблема, – перебил Стрелок, обводя взглядом план будущего предприятия по созданию героев. – Крупная.
– Мы в осаде. И противник нам неизвестен.
– Отчасти известен. Там, снаружи, в основном чудища изученные: химера, гарпия, Турбовол…
– Я же его победил!
– А я его вернул. Понимаешь, Стрелок, во время приступа я себя практически не контролирую. А тут еще посыл дали прямо перед…