Полчаса спустя уставшая от его острот девушка вытолкала Келли из номера, велев ему заехать за ней часа за четыре до полуночи и еще раз напомнив, что он должен быть при полном параде. Когда Мэри объяснила Моргану, где именно она рассчитывает застать Эрика ван Хоффа, тот согласился с ее выкладками и предложил провести облаву во всех игорных заведениях Ныо-Дублина. Однако Мэри не согласилась с майором, упирая на то, что накрыть с должной тщательностью одновременно все казино столицы, не говоря уж об ипподроме, силами только городской полиции не получится. Привлечение же подразделений из других городов уж точно не пройдет незамеченным и ван Хофф тут же заляжет на дно. У них будет один-единственный шанс, втолковывала она Дядюшке, и силовая акция только все испортит. В конце концов Морган согласился с ней, но наотрез и отказался включать ее в группу захвата. Мэри задрала подбородок и холодно заявила, что определить, куда именно направится ван Хофф, могут и другие — хотя она вовсе не собирается кому-то что-то подсказывать, — а вот узнать его может только она. Майор приказывал, просил, бушевал, хлопал дверью, ругался так, что у сунувшегося было в кабинет Шона, по его же собственному признанию, завяли уши, но подлая девчонка была непреклонна и в конце концов Морган уступил.
Когда в назначенный час Келли О'Брайен позвонил в дверь апартаментов, и та распахнулась перед ним, он в первый момент решил, что по ошибке сунулся не в тот номер. Хотя молодой полицейский уже успел убедиться в способностях Мэри к перевоплощению, такого он никак не ожидал. На пороге стояла, казалось бы, та же самая девушка, которую он привез в отель несколько часов назад, вот только… Сейчас Мэри Гамильтон не узнала бы даже ее собственная бабушка. Черные волосы были взбиты в немыслимой сложности прическу. Несколько прихотливых локонов надежно маскировали татуировку на правом виске. Искусно наложенный макияж не сделал лицо красивым с общепринятой на Бельтайне точки зрения, но безусловно проявил неординарность натуры, которой, собственно, и принадлежало это лицо. Накладные ногти, такие же пунцовые, как и тщательно накрашенные губы, изменили форму кистей рук, убрав излишек силы и добавив изящества. Кольцо мастер-ключа скрылось под массивным перстнем с огромным темно-красным камнем. Легкое, возмутительно открытое бежевое платье подчеркнуло золотистый тон кожи, а паутинка шали не только смягчала линии тяжеловатых плеч и бицепсов, но и почему-то делала девушку куда более голой, чем если бы плечи оставались обнаженными. На ее ноги, обтянутые мерцающими чулками и обутые и непонятно как удерживающиеся на ступне туфли, Келли вообще старался не смотреть: слишком узкие брюки полагались к смокингу… И это — пилот? Монастырская послушница? Ой…