Тем временем Никитин выяснил, что белокурую официантку зовут Таня, и каким-то хитрым способом умудрился посадить ее к себе на колени. Чего уж он ей нашептывал, не знал никто, но в ответ на его слова Таня смущенно улыбалась и словно невзначай обнимала Никитина за шею. Он не сопротивлялся.
Ивар молча накачивался коньяком. На него напало какое-то наваждение: ему постоянно мерещилась Тарасевич. Не то чтобы кто-то из присутствующих девушек был особо на нее похож, просто боковым зрением он вдруг выхватывал в танцующей толпе чью-то фигуру, резко оборачивался... Разумеется, это была не Кристина. Да и откуда ей было здесь взяться?
- По-моему, у нас некомплект! - произнес у него над ухом голос Никитина. - Леденцова зажигает с Боги, у меня - Танечка... А ты?
Ивар неопределенно пожал плечом.
Танечка намек поняла, и через некоторое время рядом с ним появилась ее подружка.
- А чем ты занимаешься? - кричала она ему на ухо, пытаясь перекрыть рев динамиков.
- Ничем, - отозвался Ивар. - Я круглый сирота. У меня нет ни дома, ни работы, ни денег.
После такого заявления девушка куда-то исчезла, и они вновь остались за столиком втроем с Никитиным и Таней.
Войдя в раж, Никитин то и дело поднимал тосты за Родину и за Президента:
- За Россию! За нашего любимого Владимира Владимировича! провозглашал он и мастерски опрокидывал в себя очередную стопку.
Танечка морщилась от коньяка, вытирала набегавшие слезы и все сокрушалась, что ее завтра выгонят с работы. Никитин обещал ей, что она не останется без дела, и что он, оплот российской журналистики Никитин, не даст ей пропасть.
- Ив! Ив! - затормошила Ивара Леденцова, пытаясь укрыться за его спиной от какой-то неведомой опасности.
Тот недоуменно посмотрел на нее.
- Ты чего?
- Там это... какой-то айзер на меня напал... - испугано зашептала она. - Он пристает ко мне! Я боюсь!
Ивару уже весь белый свет был немил.
- А за что именно ты боишься? - усмехнулся он. - За свою невинность?
Леденцова смерила его презрительным взглядом.
- Дурак!
Впрочем, оказалось, что Боголюб уже спас ее от навязчивого поклонника. Схватив какого-то чернявого дядечку за шкирку и за штаны, он просто спустил его с лестницы.
- Боги, скажи, что плохого я сделала этой стране? - разобижено спросила Леденцова своего спасителя, когда тот вернулся с операции возмездия. - Почему этот козел напал на меня?
- Так ведь он попу твою увидел, - объяснил свою теорию Боголюб. Разве мимо такого пройдешь?
Далее события стали развиваться и вовсе странно: после недолгой дискуссии Леденцова и Боголюб объявили собравшимся о том, что они намерены пожениться и совместными усилиями родить какого-нибудь "зайчика".
... По домам разъезжались уже засветло. Причем теперь уже к честной компании прибавилась и Таня, которую Никитин вез к себе "показывать статьи".
На полдороги Леденцова потребовала, чтобы машина остановилась, после чего вышла и обблевала здание какого-то банка. Через некоторое время то же самое было проделано и с оперным театром.
- Какая женщина! - с затаенным обожанием вздыхал Боги. - Пожалуй, мне надо проводить ее до дома!
ГЛАВА 6
(суббота)
Кристина проснулась очень рано, чего никогда с ней не случалось. Обычно ей было сложно встать даже в десять утра. А тут - полюбуйтесь на будильник! - полшестого!
Ночь была душной, и едва вскочив с постели, Кристина распахнула окошко. С улицы повеяло прохладой и утренней свежестью. Где-то внизу уже грохотал первый трамвай, на старой березе напротив проснулись воробьи.
Еще с вечера Кристина придумала, что первым делом отправится в Захолмск и попробует разыскать Наташу, ту кассиршу с Елениной бензоколонки, о которой рассказал ей Алешка.
Кристина чувствовала, как ее переполняет бурлящая энергия. Ей хотелось свершений и потрясений. "Ив сегодня позвонит!" - пела она про себя, бегая на цыпочках по квартире. Какая жалость, что Сонька спит, и нельзя как следует пошуметь! А Кристине надо было хохотать в голос, прыгать и даже визжать.
Включив чайник, она уселась за кухонный стол и стала смотреть на висевшие на стене часы. Конечно, еще слишком рано, конечно, нечего и ждать, чтобы Ив позвонил прямо сейчас... Наверняка это случится не раньше одиннадцати...
В семь за Соней зашла баба Лиза. У них по плану была поездка в бабы Лизин сад.
- Что это с тобой? - спросила она подозрительно.
Что на это прикажете отвечать? Кристина просто обняла бабу Лизу, чмокнула ее в сухонькую румяную щечку.
- Да ничего. Просто настроение хорошее.
Соня всячески дулась и возмущалась, когда ее будили. Как и большинство детей, она была совершенно парадоксальна: с вечера спать не загонишь, утром не поднимешь.
- Зачем вы меня вообще Соней назвали, если каждое утро рано будите? ворчала она, накрываясь с головой одеялом.
Одевая ее, Кристина смотрела на собственное чадо - растрепанные черные волосики, чуть припухшие со сна голубые глазенки - прелесть, а не ребенок! Только вот как отнесется Ив к тому, что у нее есть Сонька?
От этих навязчивых мыслей было только одно спасение - работа, и отправив дочку, Кристина побежала на стоянку к своей машине. Ее ждал славный город Захолмск и его обитатели.
* * *
Как выяснилось, Наташа жила в старинной коммуналке. Дверь Кристине открыл какой-то бритоголовый мальчик тифозного вида и, не спросив ни слова, тут же исчез.
Темная прихожая, освещенная бледно-синей лампочкой, была завалена старой мебелью, зимними пальто и стоптанной обувью. Откуда-то из недр квартиры доносилась страстная перебранка двух женщин.
"Мама, куда я попала?" - в брезгливом ужасе подумала Кристина. Но отступать было поздно, и, стараясь не врезаться в чьи-нибудь лыжи или велосипеды, она пошла на голоса.
В кухне стирали, отчего в воздухе носились запахи хозяйственного мыла и уксуса. Две женщины с базарной внешностью стояли друг перед другом в бойцовских позах и, по всей видимости, готовились к драке.
- Здравствуйте! - кашлянув в кулак, произнесла Кристина.
Тетки оглянулись. Под их подозрительными взглядами она сразу почувствовала себя крайне неуютно.
- Как бы мне найти Наташу? Она ведь, кажется, здесь живет?
- А ты кто? - подозрительно спросила одна из местных обитательниц.
- Да это же телевидение! - вдруг воскликнула ее соседка, признав в Кристине известную ведущую.
Все-таки слава - штука полезная. Моментально позабыв о ссоре, женщины заговорили враз, стараясь перекричать друг друга:
- Так вам Наташку? Да ее ж так и не выпустили из психушки! Все хозяйство запущено. А Костька, черт полосатый, тоже совсем спятил: к Клавке стал таскаться!
- Погодите-погодите! - взмолилась Кристина. - Кто такой Костька?
Оказалось, что Костька - это Наташин супруг, сильно пьющий мужчина без определенного рода занятий. Пока Наташи не было, над ним взяла шефство соседка Клава, проживающая в квартире сверху. Она носилась с ним по кодировщикам, кормила его, обстирывала и гоняла нехороших друганов. За это Константин создавал в ее доме образ мужчины.
- А можно с ним поговорить? - спросила Кристина, прерывая на середине историю местных взаимоотношений.
- Да он, чай, у Клавки сидит, ирод! - закричали тетки. - Пойдите и снимите его, паразита! Пусть он на свою свинскую харю хоть в телевизоре посмотрит и поймет, до чего допился!
... Дверь в Клавину квартиру вообще было открыта. Постучавшись для приличия, Кристина вошла внутрь.
В комнате, выкрашенной ядовитой желтой краской, сидела дама необъятной комплекции с тремя бигуди в фиолетовых волосах. Это и была разлучница Клава.