Это чудо, когда ты видишь что-то, что нравится другим, нравится и тебе тоже, хотя ты даже не подозреваешь об этом. Например, некий Кристофоро Марекоре отметил «Мне нравится» на записи:
Мне нравятся оловянные мышки, которые заводятся ключиком.
В этом и магия: Эвандра никогда не думала, что ей могут нравиться оловянные мышки, но увидев эту запись у другого человека, поняла, что ей тоже они нравятся. Конечно, оловянные мышки! А ко всему, что заводится ключиком, у неё настоящая страсть. Как она могла не думать об этом прежде? «Facebook открывает перед тобой вселенную», — говорила она всем, впечатлённая новыми достоинствами, которые познавала с энтузиазмом и любопытством. Она казалась себе древним исследователем, изучавшим тогда ещё неизвестный мир.
«Facebook включит твою голову», — объясняла она всем. Включая соучредителя Марио, практичного и конкретного мужчину, который, слушая этот бред, смотрел на неё с недоумением и немедленно возвращался к работе. В типографии должен быть кто-то здравомыслящий, и слава богу, что он был без всяких бзиков. С его точки зрения эта увлечённость Facebook была ничем иным, как бзиком, глупым и пошлым бзиком.
Глава 14
Бальдо продолжал приходить каждый вечер приблизительно к девяти часам. Если бы зависело от него, он бы являлся пораньше и даже два-три раза в день. Для этого долговязого и одинокого мужчины вечерний визит к Эвандре превратился в главное событие дня, в смысл жизни. Он бы никогда и никому в этом не признался, даже себе, тем более себе, потому что мужчины не любят говорить о чувствах, они предпочитают просто жить.
Дело в том, что Эвандра не знала, что делать с Бальдо. Она уже всему научилась, узнала всё о Facebook и больше не нуждалась в его помощи. Наоборот, неожиданно и прискорбно Бальдо стал причинять неудобства. Бесполезный, лишний, ещё и навязчивый из-за своего бессознательного и осторожного вторжения. Это уже было скудное, ненужное вмешательство. Эвандра хотела путешествовать по просторам интернета самостоятельно, свободно покорять новую и разнообразную вселенную Facebook, пить её неисчерпаемое богатство, восхищаться её интригующей лестью, позволить себе быть лёгкой и мечтательной, как поплавок в воде. В общем, она желала чатиться столько ей угодно и когда, и особенно с теми, с кем хотела, не прислушиваясь ни к кому и не делясь с другими, в данном случае, злоумышленниками, своими удивительными переписками.
Волнительные мечтания! Свобода перемещаться! Счастье быть самим собой и найти другого! Так она говорила окружающим, например, троим знакомым на кладбище, которые удивлённо слушали её. Из них только Кандида чатилась, и то немного, потому что печатать на клавиатуре её нервировало, она предпочитала болтать с подругами по телефону. А Лучия вообще ничего не понимала:
— Но чем ты занимаешься, моя Пупелла? (прим. переводчика — Имеется в виду киноактриса Пупелла Маджио)
Бедная Лучия была раздосадована, так как ей очень нравилось играть в карты, но Эвандра больше не присоединялась. А втроём играть невозможно.
Однажды вечером Эвандра нашла в себе мужество и объяснилась с Бальдо. Ей было жаль говорить ему так откровенно, зная, что правда ранит, а особенно такого тщедушного и мягкого мужчину. Меньше всего она хотела причинять ему боль, но в то же время так не могло дальше продолжаться: он сидит рядом каждый вечер, пока она чатится. Под его взглядом её мысли затормаживались, пальцы застывали на клавишах, и, в конце концов, она не знала, что отвечать своим друзьям, количество которых продолжало расти, как на дрожжах. Бальдо отнимал у неё беззаботное счастье пользоваться Facebook, необходимо было как-то дать ему это понять. Так что в тот вечер, приготовив, как обычно, малиновый чай, она села рядом, посмотрела ему в глаза и сказала:
— Спасибо за всё, сеньор Бальдо! Поверьте, вы действительно мне очень помогли. Конечно, я отняла так много вашего времени, но сейчас, слава богу, я могу обходиться сама. На самом деле, сеньор Бальдо, я не хочу больше воровать ваше время… все эти вечера вы потратили впустую, теперь я…
— Но сеньора Эвандра, что вы говорите, потратили впустую… Вы не знаете, что это было для меня!..
Он чуть не выболтал самую сокровенную тайну своего сердца, он собирался сказать ей: «Вы не знаете, что это было для меня — приходить к вам этими вечерами, вы не знаете, как я возвращался домой с сердцем, переполненным страстью и желанием, вы не знаете, какую жизнь, какие мечты, какие…» Но Бальдо сдержался, не проговорился. В последующие месяцы он много раз спрашивал себя, не лучше ли было поговорить в тот вечер напрямую и искренне выразить свои чувства. Сомнения заставляли его страдать, и он пытался об этом не думать. Видимо, всё так произошло, потому что он всегда соглашался, а было бы гораздо лучше поговорить и, возможно, избежать всей этой трагедии.