Ближе к вечеру они встретились возле дома Эвандры. Тот день был ясным, солнечным, без единого облака, и жара не отпускала даже вечером. Люди прогуливались по центру, пили напитки, ели мороженное. Бальдо и Секондо тайком подобрались к своей машине дождя, маневрируя по панели, которую установили рядом с дверью за колонной. Они маневрировали как самолётики, вертолётики, машинки или лодки на дистанционном управлении. И как по волшебству, точно и исключительно перед окнами Эвандры начался дождь. Сработало! Сначала был лёгкий дождик, а затем более плотный и сильный, который шёл по диагонали и выглядел как настоящий ливень.
Бальдо и Секондо на некоторое время присели на тротуаре с противоположной стороны, чтобы полюбоваться проделанной работой. Это было зрелище!
Поначалу немногие замечали. Люди такие невнимательные! Идут по улице со своими мыслями в голове, смотрят, но в сущности ничего не видят: глаза просто перебегают туда-сюда, было бы совсем по-другому, если бы то, что отражается на сетчатке доходило бы до сердца и мозга. Но мы такие, большая часть проводит свою жизнь в спешке, куда-то бежит, даже мысленно: мы предпочитаем пройти дальше, представив, что случится в следующий момент, вместо того, чтобы остановиться на мгновение в настоящем. И когда, наконец, проявляем интерес, момент упущен, он стал частью прошлого, которое можно спокойно заархивировать. Лишь некоторые из этих торопливых прохожих, чувствуя намокшую голову, смотрели вверх, но, не видя ничего особенного, приходили к выводу — кто его знает, может, на верхних этажах поливают цветы или моют балкон.
Лишь когда на тротуаре образовалась настоящая лужа, растущая с каждой минутой, только тогда обратили внимание. И постепенно образовалась кучка растерянных людей, они показывали на окна Эвандры, в ту точку на стене дома, к которой была прикреплена штуковина, производящая дождь.
— Идёт дождь? Странно, ведь было солнечно.
— Смотри, дождь идёт только там!
— Это правда, только в том месте!
— Но как такое возможно?
— Любопытно!
Все они были изумлены и сбиты с толку. Спустя несколько часов голоса распространились так, что половина посёлка была под окнами Эвандры. А на следующий день пришло ещё больше, это явление не прекращалось и с каждым часом становилось всё интересней. Началось изучение: что там за машинка, кто её установил и зачем. Были те, кто просто предполагал, выдвигая самую экстравагантную гипотезу, которая имела научное объяснение, а также те, кто взялся расспрашивать направо и налево, звонить в двери соседям и, естественно, Эвандре, где никого не было.
К вечеру прибыли Бальдо и Секондо, которые, закончив работать, горели желанием проконтролировать свою замечательную работу. Видя собравшуюся толпу, которая констатировала, что такой детективной погоды никогда не было, у них не возникло никаких проблем, чтобы выйти вперёд и объяснить каждому подробности. Они рассказали всем присутствующим правду, говоря с теми, кто был ближе, а те в свою очередь распространяли рассказ дальше и дальше. Таким образом, очень быстро информация распространилась на сотню людей.
Почему бы не раскрывать правду, как она есть? Решили Секондо и Бальдо. О своем любезном подарке Эвандре, который должен помочь ей, бедной вдове Мартелла. Умолчали лишь о глубокой и скрытой причине их жеста поддержки: о любви, которую каждый по-своему испытывал к Эвандре. Умолчали, потому что сами до конца не осознавали её: внутри обоих из ничего созрело собственное странное чувство, питаемое только неопределёнными мыслями, бледными намёками, кивками, взглядами, полуфразами, недосказанными или оставленными в углу сознания, покрывшимися пылью. Нельзя говорить другим о таких маловероятных, воздушных и неприступных вещах, лишённых какой-либо текстуры и формы. Итак, они открыто говорили только о том, что было видно, то есть о сложном механизме, как он производил дождь, который казался настоящим, как к ним пришла эта идея и как, чёрт возьми, они посреди ночи взобрались, чтобы надёжно прикрепить его.
Люди сразу поняли. Такие же современные бестии и те, кто о Facebook ничего не знал, даже старики в посёлке, те, кто постоянно держал трубку во рту, чьи огромные животы свисали на ремни брюк, чьи лица были покрыты морщинами, которые выглядели как борозды на вспаханной земле. Люди поняли. И не просто угомонились, а прониклись искренним волнением, соглашаясь с тем, как хорошо помочь одинокому человеку, разделить горе вдовы, облегчить немного, если возможно, бремя жизни.