– Да. Я ищу одну из ваших сотрудниц, ее зовут Ди, – Василий показал фотографию с экскурсии. – Я ее троюродный брат из Бродска, – выпалил он наспех выдуманное название города. – Мы должны были встретиться внизу, около входа, но она не появилась и телефон не отвечает. Я завтра уезжаю, может быть, Вы знаете, где бы я мог ее найти? Может быть, домашний адрес…
– К сожалению, адреса я не знаю, – сочувствующе помотала головой девушка. – Такая информация есть только у директора, но он, как Вы понимаете, тоже работает дома. Она должны была написать статью о… «детальном исследовании глубинных процессов функционирования автономно сгенерированных скриптов в сети и следов, оставленных в них пользователями», – запинаясь, изрекла секретарь, уставившись в монитор с видом хомяка, узревшего второе пришествие. – Этим занимаются ребята в лаборатории на окраине города. Я напишу Вам адрес, попробуйте заглянуть туда. Судя по названию, это должна быть очень сложная тема. Наверное, она просто задержалась, собирая материал.
Когда Василий добрался до лаборатории, он с тревогой обнаружил, что вход в нее оккупирован странного вида гражданами. Невысокое крыльцо трехэтажного кирпичного здания пестрело множеством строгих вывесок, предлагавших услуги нотариусов, экологов, юристов и даже полярной поисково-спасательной миссии. Возле них паслись трое дюжих молодцов, униформа которых состояла из обтягивающих белых маек и таких же белых вязанных шапок-трансформеров – «тяжелые времена». Шапки были увенчаны черными медвежьими ушками и осенены чермными кругами, обрамлявшими прорези для глаз. Прорези для рта в масках не существовало вовсе, что лишний раз подчеркивало вычурную брутальность их обладателей, не иллюзорно намекая, на то, что шутить они не намерены. Эти мишки гамми, вовсе не сказочно бранясь сквозь свои закрытые рты, пытались выломать толстенную металлическую дверь. Еще четверо аналогично прикинутых богатырей из числа солидарных водили веселый хоровод на тротуарчике перед крыльцом.
Общаться с ними на высокие темы Василию категорически не хотелось. И он, уразумев для себя прописные истины хранительного инстинкта, представил себя пушистой белочкой, найдя у дальнего конца окружавшего здание высокого забора молодое, но крепкое деревце. Не без труда забравшись на его вершину, Василий смог миновать искусственное препятствие и оказался в нескольких шагах от распахнутой настежь двери запасного выхода. Рядом стояла крошечная городская машинка, похожая на те, в которых развозят пиццу. В ее багажнике копошилась стриженная под машинку упитанная женщина с тумбообразной головой, огромным круглым глазом и большим носом-картошкой на розовом, усеянном морщинами лице. Когда-то она вероятнее всего была по-своему красива, но это было довольно давно.
Увидев Василия, женщина резко отскочила в сторону, словно надувной мячик. Тут же попытавшись скрыться в недрах здания, она поскользнулась на пологом пандусе и комично растянулась у самой двери.
Осторожно подойдя ближе, Василий учтиво помог ей встать, всячески стараясь показать, что пришел исключительно с миром.
– Ты кто такой? – спросила она отряхиваясь. – Зачем ты сюда влез?! Знаешь ли ты, что это частная территория?! У нас есть охрана, и…
– Кажется, нестись сюда ей сейчас капельку не с руки,. – цинично заметил Василий, прерывая недоуменные возлияния. – Меня зовут Василий. Я ищу одну девушку, Ди, она должна была брать интервью у работников цифровой лаборатории. А что там снаружи за лесные братья? Радикальные веганы – друзья всех животных?
– Хуже – «Общество плоской земли», официально зарегистрированные антинаучные гражданские активисты. Так их зовет Википедия. На деле – долбанные сектанты. Верят в то, что в сети живет Бог Интернета, штампующий в своих недрах картинки с котиками. Обвиняют нас в попытке исказить божий замысел и третируют с самого момента открытия. А чуть больше недели назад началось вот это.
Все и так были на взводе. В полиции нам ответили, что пикет якобы мирный, и, пока никого не покалечили, никто ничего сделать не может. У них мол даже бумага какая-то есть, разрешающая бессрочную акцию. А мы работать не можем. Люди боятся. Кто ушел первым, уже не помню, но больше лаборатории нет. Пара человек перебрались в какой-то новомодный стартап с чудным названием, там, говорят, значительно спокойнее – почти нирвана…
Слушай, мне лучше спешить. Помоги старой женщине перенести оставшиеся коробки, а она, может быть, вспомнит что-нибудь про интересующую тебя девушку. Или же тебе удастся обнаружить что-то в самой лаборатории. Ты ничего не теряешь.