Ksusha явно была не робкого десятка.
Опасаясь долго задерживаться у этого источника неоднозначных знаний, Василий устремил свой взор вдаль и направил туда решительные стопы. Ряды башен, возвышавшиеся со всех сторон, казались абсолютно бесконечными. Чтобы проверить эту гипотезу на прочность, он несколько раз сворачивал вглубь, на извилистые магистрали, прилегающие к проспекту.
Узкие, окруженные плотным частоколом башен, они образовывали поистине инфернальный лабиринт, постоянно пересекая друг друга. Однако в конечном итоге Василий непременно вновь попадал на точно такой же проспект, как и тот, что недавно покинул. Дьявол различий, как всегда, крылся в деталях, которые все еще ускользали от его ошеломленного взора.
Внезапно за спиной Василия раздался оглушительный гул. Он обернулся. Высокая многоугольная башня, усеянная картинками весело играющих с клубочками котят, стала стремительно рассыпаться, исторгая из недр десятки лампоголовых. Их тела падали на мостовую, неуклюже подскакивали и замирали в противоестественных позах среди разноцветных обломков. Головы больше не источали мягкое голубоватое сияние, а светились тусклым серебристым светом.
Из воронки, образовавшейся на месте крушения башни, появилась здоровенная, землистого цвета лапа. Недолго думая Василий свернул в проход между двумя соседними башнями и, как мог, прижался к ближайшей стене. Когда он осторожно выглянул из-за угла, их на мостовой было уже двое. Широченные гуманоиды, согнутые под тяжестью гипертрофированных рук. Они имели одинаково гигантские подбородки, плоские, словно вырубленные из единой плиты, выдающиеся далеко за ареол крошки-черепа. А также низкие угрюмые лбы, из-под монолитных дуг которых виднелась узкая красная линия, очевидно отвечавшая за зрение. Одеждой этим существам служила вязкая засохшая грязь, свисавшая волнами словно ламеллярная броня, полностью обволакивающая неуклюжее тело.
Если бы в этом мире могли существовать запахи, данная форма жизни непременно бы источала поистине специфическое зловоние.
Последним на поверхности показался причудливого вида лампоголовый. Одет он был в длинный черный балахон с островерхим капюшоном, из-под которого виднелась белесая маска с идиотской ухмылкой и намалеванными над верхней губой тонкими усиками. Над головой у него висела серая надпись: Kaloreaper.
Он что-то крикнул двум амбалам, и те суетливо принялись собирать разбросанные по мостовой трупы, на которые стал указывал их хозяин.
– Дерьможнец и его фекалоиды – прямо, как в детской сказке, – подумал Василий. – Недостает только Волшебника изумрудного города.
В этот момент правый карман его штанов завибрировал. Послышалась знакомая мелодия.
Kaloreaper обернулся.
– А это еще что за херня?! – донеслось из-под маски раздраженное шипение.
Василий спрятался обратно за угол и быстро засеменил вдоль по изгибающейся змеей магистрали. Он готов был поклясться, что батарея его телефона села несколько часов назад. Однако тот не переставал звонить. Надо было ответить.
– Поздравляю! – торжественно закричал голос в трубке. – Вы были выбраны среди тысяч претендентов…
– Только мобильных объявлений мне среди этой пестрой вакханалии не хватало. – раздраженно подумал Василий и отменил звонок, сворачивая на очередной проспект. Однако голос никуда не делся. Вместо обычных гудков он глубоко вздохнул и продолжил:
– Ладно. Слушай. Я просто пытаюсь донести это понятным тебе языком.
Василий взглянул на экран телефона. Тот не подавал признаков присутствия какой-либо жизни.
– Вы же так претесь от своей мнимой уникальности. Даже институт избранности придумали. Ну, короче, ты типа избран для великой цели, все такое и бла, бла, бла. Как в дурацком кино.
Василий обернулся. Из-за угла появился один из землистых мальчуганов и весело засеменил следом.
– В действительности, ты просто оказался на столько глуп, чтобы сунуть нос куда не следовало. И вот теперь ты застрял в крошечной коробке, а следом идет копро-монстр, – загоготал голос. – Нет, в самом деле уморительно.
– Так… Ты у меня в голове… - подумал Василий.
– Это не я у тебя в голове, это твоя голова во мне, – обиженно отозвался голос. – Я, можно сказать, везде вокруг. Но балл за попытку, считай, быстро смирился.
Василий ускорил шаг.
– В общем, выбора у тебя нет, – властно резюмировал голос. – Делай, что скажу, и все будет отлично. Поверни налево.