Сидели часа три. Слегка упились и поехали по домам. Кстати за "Черные камни". Легенда гласит, шо эта забегаловка, начинала свою деятельность без названия. Какие-то постоянные пивняки из комбината, начали называть его "Черными камнями". Название быстро прижилось и хозяин повесил табличку "Черные камни". Данное заведение приняло эстафету от зачахшей "Перспективы", забегаловки с аналогичным видом деятельности, находящейся в начале этой же улицы. Но "Перспектива", если честно была более бичеватой. А зарплаты потихоньку растут и запросы пролетариев по поводу среды пропивания тоже повышаются. Вот такая история.
17 февраля.
Второй день отдыха. Еще раз отметил сдачу аттестации пивом. И целый день просидел за компом стреляя фашистов.
18 февраля.
Сегодня в день. Начальник смены, то бишь старший мастер сказал о том, что не сдали аттестацию четыре человека. Типа он сильно огорчен и расстроен. Нам бы его переживания и зарплату тоже. Пусть засунет свои переживания в то место, которое он рвет перед вышестоящим начальством. Ипохондрик хренов. Не знаю, что это такое. Но слово, какое симпатичное.
Отработали как всегда. Разговоров было о несправедливости судьбы и придирках комиссии на аттестации. Практически все были чем-то недовольны. Ну я думаю, разве можно обижаться на дерьмо. Хотя конечно, дерьмо могло бы быть не таким дерьмовым. А так слегка отдавало дерьмецом. Не навязчиво так.
В общем, нормально все. Приходили девки, одна с фильтров, другая с сепарации. Сначала с фильтров, потом с сепарации. Обе жаловались. С каждой пришлось посидеть минут по 20. У каждой была своя тема. У Надежды - переливы на фильтрах, а Ирина искала шланг с сепарации. Но в итоге, каждая говорила за работу и за отношение коллег к работе. Также шла речь о несправедливости в системе оплаты труда. Я еще подумал, может на нашей двери висит табличка "Сменный психолог". Вышел из бытовки, посмотрел, нет ничего не висит. Да ладно, девки выговорились и ушли работать. Ну, и я пошел. Домывать свою секцию. Если бы Ирина пришла чуть попозже, я бы успел немного пообжиматься с Надеждой, после того как она "поплакалась". Но не фарт. Когда я выждал время приличия, пришла Ирина.
19 февраля.
В ночь. Прочь. Продолжается работа, продолжаются разговоры. Недовольных, меньше не стало. Некоторые ушли на больничный. Своеобразная форма протеста. Тоже правильно.
Наконец то домыл с помощью Никитоса свою секцию. Настрой стал более позитивным. Люблю, когда чисто. Положено нам содержать в чистоте рабочие места. Вот мы и стремимся к этому.
Сел, думал, досижу оставшиеся полсмены, как нормальный беловоротничковый клерк. Но, не тут то было. Совсем не тут. Начались переливы, качество упало. И пошла борьба за качество. Здесь убавь, там прибавь. Ни минуты покоя, ни секунды отстоя. Амстердам, одним словом.
Начальство наше, мелкое, понять можно. Завтра понедельник, и если мы по качеству пролетим, то будут его долго драть вышестоящее начальство. Поэтому наш мастер уже собрал кучу объяснительных с мельников. Чтобы весь этот театр абсурда, касался не токмо его одного. Мысля понятная. До меня не придирается, потому что я работаю один. Вася то ли на больничном, то ли ещё где, а помощника мне не дали. Рву жилы, зарабатываю на орден "Сутулого". Думаю к пенсии, дадут. Если доживу. Перспектива есть, но призрачная. А, может, повесят - на доску почета. Может. Но, не факт. Как говорят старшие товарищи, надо брать ноги в руки и валить. Пока ходят. Пока ноги ходят. Тьфу, тьфу, тьфу. Где тут дерево.
20 февраля.
Упал, отжался. Еле жив. Кто сказал, шо труд облагораживает? Покажите мне это лицо, чтобы я мог плюнуть без промаха. Может, они имели в виду, перетаскивание картишек по монитору. Но, разве ж это труд? Часто эти люди, что таскают картишки по монитору, говорят, - Кто, на, что учился! Учатся многие, но за монитор с картами все равно садятся блатные или дающие в одно место и берущие в другое. Аксиома. Бывают конечно исключения, но токмо по рабочей стезе. Там допустим рабочий дорос до мастера, фортануло. Все равно, дальше начальника смены не пройдет. Это если состав мелкокомандный обновится, кто-то уволился или на пенсию ушел. Ну, а в конторе исключений не бывает. Как говорит Арман, в конторе "все места зарабатываются либо раком, либо ртом или по большому блату ..." Ну это он, наверно, немного завидует, людям умственного труда. Совсем немного.
21 февраля.
Президент в своем послании на прошедшей неделе сказал, что необходимо разработать кодекс чести госслужащего. Кодекс должен запретить чиновникам, заниматься частным бизнесом и лоббировать интересы компаний. Ну что тут сказать. Так может и полбизнеса в стране накрыться, если честь мундира будет превыше всего.