— Что ты хочешь этим сказать? — простодушно спросил Гиго Гант.
— Полагаю, что соорудить на Маре второй корабль неизмеримо труднее, нежели собрать из готовых деталей первый.
— Ты прав, — живо отозвался Гиго Гант. — Но, логически продолжая твою мысль, приходишь к выводу, что трудность сооружения корабля значительнее, чем полет на нем.
— Потому я и намерен выбрать для себя наитяжелейший путь.
— Вот как! — иронически воскликнул Гиго Гант. — Путь от пещеры к пещере!..
— Я готов принять на себя руководство строительством нового корабля. Более того. Путь мой поведет не только от пещеры к пещере, но и на Луа, куда я полечу на новом корабле, дабы опасными взрывами распада изменить ее орбиту.
Гиго Гант, извиняющимся жестом прижав руки к груди, церемонно раскланялся.
Кара Яр не выдержала:
— Тебя, Нот Кри, можно понять и так, что ты уклоняешься от полета с нами потому, что второй полет может и не состояться.
— Как можешь ты так говорить! — возмутился Нот Кри. — Кто смеет так подумать обо мне, никогда не дававшего повода к подобным подозрениям.
— Это не подозрение.
— Я рад, что ты не подозреваешь… — облегченно вздохнул Нот Кри.
— Это уверенность, — отрезала Кара Яр.
Обе Матери Совета слышали этот разговор.
— Пусть не терзает Нота Кри беспокойство о сооружении второго корабля, призванного лететь на Луа, — сказала Мона Тихая. — Чтобы успокоить всех, я объявляю, что сама буду наблюдать за постройкой нового «Поиска» и сама полечу на нем.
— Ты? — изумилась Лада Луа. — Пристало ли это первой из Матерей? Имеет ли она на это право?
— Вот на что я не имею права, так это доверить тайну взрыва распада кому-либо, кроме себя, — решительно сказала Мона Тихая.
Так и случилось, что Нот Кри все-таки остался в составе нашей экспедиции.
Но как попала в нее Ива?
Помню, как я удивился, увидев ее среди немногих допущенных на Совет Матерей, в той самой сталактитовой пещере, где когда-то судили меня, Нота Кри и Кару Яр.
Ива робко попросила, чтобы ей позволили сказать. Она очень волновалась:
— Я только вступаю в жизнь, но я… я всегда мечтала принести окружающим пользу. У нас на Маре все очень хорошо устроено. Так хорошо, что заметную пользу очень трудно принести. Надо иметь выдающийся ум. А я — самая, незначительная из марианок. У меня нет никаких способностей. Позвольте мне, помогите мне оказаться в таких условиях, чтобы даже я могла бы сделать большое. Я хорошо бегаю без дыхания. Я обещаю быть старательной помощницей любому участнику полета. Позвольте мне… помогите отдать нашим братьям по крови и разуму свою ничего не значащую жизнь. Я буду очень счастлива…
Мона Тихая с суровым лицом поддержала дочь, хотя ей сделать это было труднее всех. Это произвело решающее воздействие на остальных Матерей, и Ива Тихая была включена в состав Миссии Разума.
Впоследствии, претерпев с участниками этой Миссии немало невзгод, я задумывался над тем, из каких принципов комплектовался ее состав. Очевидно, если это поручено было бы марианам, подобным мне или Ноту Кри, они комплектовали бы экипаж «Поиска», сообразуясь с холодным расчетом — пользой, какую может оказать каждый участник экспедиции. Другое дело Матери. Для них чувства участников Миссии Разума были ГЛАВНЫМ, а все остальное побочным. Если Ива, моя сестра, ЛЮБИЛА брата, не говоря уже о ее готовности отдать себя делу Миссии, то это было решающим аргументом в ее пользу. То же самое и в отношении Эры Луа. Матери угадывали то, что мне предстояло узнать много времени спустя в самых тяжелых условиях в пору бедствий на Земе. Вот почему две такие марианки, как Эра и Ива, оказались среди нас. Я не говорю о Каре Яр, которая вошла в состав Миссии Разума как одна из ее организаторов.
Совет Матерей стал тщательно обсуждать задачи нашей экспедиции.
— Мне — кажется, — сказал Нот Кри, — что основным нашим заданием надлежит считать выяснение вопроса, есть ли на Земе разумные обитатели, сколь они похожи на нас, и незамедлительное сообщение об этом на Map. Задерживаться на планете ради тех похвальных, но едва ли выполнимых целей, о которых здесь говорила Ива Тихая, на мой взгляд, нецелесообразно. Я рассчитал и хочу познакомить со своими расчетами Совет Матерей, Совет Любви и Заботы: есть полная возможность обойтись без строительства нового корабля, поскольку срок вылета «Поиска» и достижение им Земы чрезвычайно сокращены находками нашего замечательного инженера и философа Гиго Ганга. Ежели мы, обнаружив на Земе разумных ее обитателей, без промедления вернемся на Map, то сможем успеть на этом же корабле вылететь на Луа, дабы произвести там взрывы распада.