- Прилетай сюда почаще! - заявил на финальных радиопереговорах Шмитт. - Я, например, надеюсь участвовать и в следующей экспедиции, а вместе и веселее, и безопаснее. И обязательно донесу до начальства, что лунный дом, заранее закинутый на место посадки - это очень удобно.
- Если от нас тут никого не будет, можешь жить в моем, - выдал я заранее согласованное с Брежневым предложение. - Как открывать люк, ты уже видел, а пульт внешнего управления я оставлю перед дверью. Только батареи для него на всякий случай захвати, а то эти могут и сесть.
- А кислород тут останется?
- Да, правда не очень много. Но запасы есть на втором грузовике, я их использовать не собираюсь. Вот поглотители углекислоты лучше захвати с собой, тут запасной всего один. Правда, и основной пока работает без нареканий.
- Ты что, серьезно? - наконец дошло до американца.
- Конечно, Брежнев скоро сам об этом напишет вашему Никсону. Так что еще наверняка встретимся, если не в космосе, так на Земле точно. Вы, главное, туда доберитесь нормально.
- И ты тоже, - подытожил Шмитт, - все, счастливо оставаться, конец связи, у нас пошел предстартовый отсчет.
Засняв отлет американцев и запустив передачу видео высокого качества на Землю, мы с Антоновым решили устроить себе аж шестичасовой отдых. Все равно если на месте обвала в кратер, от которого погибла «двойка», ничего не найдется ни внизу, ни сверху, то можно будет лететь домой несолоно хлебавши, это уже ясно. А если найдется, то на сбор образцов потребуются максимум четыре смены по три часа, так что запас по времени у нас есть, и надо попытаться восстановить силы.
- Значит, так, - заявил Антонов, - вводим разделение труда. У тебя, смотрю, уже аппетит пропал, так что сейчас ужинать буду я, у меня он вроде еще есть. Спим вместе.
- Последнее утверждение звучит несколько двусмысленно, - заметил я.
- Оно не звучит, я же с тобой не вслух разговариваю. В общем, приступаем. Что у нас тут - картофельное пюре с протертой тушенкой? Два тюбика я точно осилю.
Изучение места обвала с металлоискателем показало, что внизу почти ничего интересного нет. А вот наверху, там, где «четверка» смогла удержаться на склоне, сигнал был, но не совсем чистый.
- Кажется, между металлоискателем и гафнием еще какой-то металл, - предположил я.
- Согласен, - не стал спорить Антонов, - бури поглубже, и закладываем сразу две шашки. Кстати, надо не забыть заснять взрыв, причем с противоположного края кратера, тогда он будет на фоне Земли.
- Позер.
- Нет, я просто не забываю о советском народе, которому не помешают зрелища. Пошли, что ли, за перфоратором? До конца смены еще час двадцать, успеем провертеть не меньше половины.
Первый взрыв наломал камней с вкраплениями какого-то метала, но не гафния. Ничего, на Земле разберутся. Зато после второго бабаха мы быстро нашли то, что нужно.
- Он, - заявил Антонов, разглядывая булыжник размером примерно с кирпич. - Точно как в микроскопе, когда ты в ИМЕТе рассматривал то, что осталось от образца. И металлоискатель мое предположение подтверждает, так что, похоже, наша беспримерная одиссея подходит к успешному завершению.
- Не говори гоп, - вздохнул я, - нам же на эти вкрапления надо реактивами покапать, ты не забыл? И попытаться отколупнуть чешуйку, а потом пропустить через нее ток и оценить температуру по спектру.
- Я помню, но уверен, что все пробы подтвердят - это оно самое.
Духовный брат оказался прав. Я даже предположил, что температура раскаленного кусочка была ближе к пяти тысячам кельвинов, чем к четырем - мой немалый опыт работы со сверхмощными светодиодами позволял мне сделать такой вывод. Впрочем, анализ спектра его полностью подтвердил.
Я связался с Землей и передал очередной рапорт, в конце которого был такой пассаж:
«Самочувствие отличное, аппетит отменный, ем на треть больше запланированного, все хорошо, конец связи». Это означало, что найдено достаточное количество искомого сплава, две трети беру с собой для доставки на Землю, треть оставляю в инструментальном ящике лебедки на случай, если вдруг не долечу. Оттуда образец сможет достать и любой луноход с руками, даже «Пионер». Ну, и Земле пора уточнять время старта с Луны для обеспечения гарантированной встречи с болтающимся на лунной орбите «Союзом». И тщательно, даже очень тщательно, потому что у меня будет всего одна попытка.
Ответ пришел быстро:
«Рады за вас, продолжайте работу по программе».
И отдельно от Веры:
«Витенька, мы все тебя ждем, помни, что я тебе говорила перед полетом. Будет трудно, но ты сможешь. Я вчера снова была там, на Крупской, и еще раз повторяю - ты сможешь!