И вот именно сегодня я решила, что хватит прятать голову в песок. Пора принять душ, накраситься, одеться, сделать в салоне укладку и депиляцию, не для Сторма, а потому что пора. Пора возвращаться к нормальной жизни. На днях Эрик даст новое задание, нам с Лив нужно обсудить макеты проекта, а еще в ближайшие дни я с невозмутимым видом появлюсь в Керрингтоне. В конце концов, это моя база, мой клуб, и он — мой форвард. И я могу щелкнуть пальцами… Стоп, Мел, можешь щелкать, чем хочешь, но толку от этого не будет. Не перегибай.
Я держалась молодцом, стараясь вести себя, как обычно. Конечно, Кони заметил, что я хмурая, и пристал с расспросами, где я пропадала столько времени. Но он быстро стушевался, когда я сослалась на то, что была занята проектом. Мак изобразил на лице муки творчества, но все-таки назначил нам с Лив аудиенцию.
И конечно, в первый же день Сторм утащил меня в темную подсобку поговорить. Я знала, что он это сделает, поэтому не сопротивлялась.
— Хватит прятаться от меня, — рыкнул он, всем телом прижимая меня к стене. — Выслушай, пожалуйста. Давай просто поговорим…
Я открыла рот, чтобы выразить свое нежелание беседовать со слизняком, но он внезапно сократил расстояние между нашими лицами и впился в мой рот поцелуем. Я проглотила тихий стон и неожиданно для самой себя раскрыла губы, впуская жадный, требовательный язык Майка. Мое тело, мои приобретенные рефлексы предали, заблокировав разум. Я извивалась в его руках, глухо постанывая. Боже мой, так давно, такой вкусный, такой пылкий.
— Господи, малыш, я так скучаю по тебе, — бормотал Майк, отрываясь от меня, чтобы глотнуть воздуха. — Мелли, позволь, я объясню…
Я напряглась, на секунду придя в себя, но он, словно заметив эту перемену, снова начал страстно меня целовать… И я опять утекла. Моя ладонь утонула в его волосах, а вторая накрыла зад Майка. Он сжимал мои плечи так сильно и неистово, будто боялся потерять. Правильно боялся. Я представила нас со стороны и поняла, что сейчас я копирую Марию, а Майк держит меня так же, как и ее. Снова тошнота скрутила желудок.
Я со всей силы укусила его за губу, потому что отделаться от поцелуев или вырваться из стальной хватки было нереально.
— Оу, — растерянно выдохнул Майк.
— Отпусти, — прошипела я, переводя дыхание и ненавидя свое тело за слабость и подчинение.
— Мел, послушай, — он снова вернулся к разговорам.
— Не хочу я слушать ничего, что произнесет твой рот. Как ты смеешь трогать меня этими руками, — я стряхнула ладони Майка со своих плеч, и его руки повисли плетьми вдоль его тела. — Как ты смеешь целовать меня этим ртом после… после… после нее? Все твои дела, все твои слова… Господи, ты сам-то собой не брезгуешь, малыш?
— Мел, — он опять поднял руку, но я ударила по ней.
— Не смей ко мне прикасаться. Не смей со мной заговаривать. Не смей даже смотреть в мою сторону, — я пихнула его в грудь. — Дай пройти или закричу.
Майк поморщился, но не сдвинулся с места.
— Сторм, — угрожающе рявкнула я, давая понять, что не шучу. — Тебе проблемы нужны?
Он отстранился, и я пулей вылетела из подсобки.
Понадобилось полчаса, чтобы уговорить себя не реветь, не блевать и не корчить кислую мину. Я старалась не попадаться на глаза Коннору, чтобы не спалиться.
В этот день мы зависли с Лив в пабе, накачавшись пивом. Она осталась на ночь у меня, и я по пьяной лавке все ей выложила… Мелкая сразу сказала, что утро вечера мудренее, и отрубилась. Зато утром мне пришлось пересказать все в красках и подробностях, начиная со дня нашего с Стормом знакомства. Конечно, я и поорала на нее, и поревела, и даже посмеялась, вспоминая, как свалилась на лестнице в доме у озера.
Лив не спешила ни с выводами, ни с советами. Она очень мудро заняла нейтральную позицию, уверяя, что не может судить, зная лишь мою версию. Но ей все же было обидно за меня. Особенно, когда она увидела в интернете фотки Марии. Лив не могла понять, как Сторму удавалось крутить с нами обеими. Откуда он находил столько времени в своем плотном графике? Какого хера этот урод о себе возомнил? И вообще, мы — такие разные, неужели он просто не мог выбрать?