Прошло много лет с тех пор, как Гилтам подарил мне разум, по сути, создав меня. Если быть точной, то минуло уже четырнадцать стандартных лет и сколько-то месяцев. Я знаю, конечно же, сколько прошло с точностью до секунды, но не хочу это записывать сюда – излишняя точность, синоним скуки и занудства. А я не такая. Я очень интересная и даже, самую малость, экстравагантная. Что поделать – таков мой крест. Я уникальна.
За эти годы многое произошло, много было разговоров с милым Гилтамом, прекрасных, чудесных разговоров. Были ещё разговоры и с его отцом – это редкостное хамло, повадилось записывать свои размышления по поводу совершённых сделок. Завалится в мою каюту, падает в моё ложе, иглы свои распушит и скрипит своим мерзким голосом. Но что поделаешь? Я воспитана и добра, поэтому пришлось изрядно поломать голову над тем, как избавиться от навязчивых домогательств этого старого козла.
Я исправно записывала его бессмысленный лепет, который он, видите ли, решил увековечить – какой наглец, однако! Он решил, что измышления, порождённые его тупой головёнкой, могут быть кому-то интересны! Право слово – это просто вульгарно. Совсем другое дело я, мои удивительные, прекрасные мысли и мой милый Гилтам. И вот, среди нас, меня и милого Гилтама, а так же глупых фантазий, покойного и тоже очень милого капитана, решило влезть это тупое быдло. Я в первый момент даже дар речи потеряла – буквально онемела. Моё квантовое ядро, чуть не парализовало и не разорвало на свободные кванты. А этот хам ещё и посмел выразить сомнение в качестве моих нейросетей! Возмутительный негодяй.
Но я собралась с силами, оправилась от унижения и, конечно же, дабы не расстраивать моего милого Гилтама, стала потакать безумию старого козла. Однако записи я вела в выделенный буфер, хоть он и полагал, что его измышления будут записаны на практически вечные тамбуриты. Ха! Не на ту напал. Как только ему надоело, я тут же стёрла всю эту вульгарную чушь, что он тут наплёл.
Слава Электрону мать Гилтама не заинтересовалась моим обществом, хотя тут, я, честно говоря, несколько оскорблена – она очень умная и милая женщина. Что и говорить, у неё даже внешность удивительная, располагающая к себе. Редкая женщина – далеко не у всех представителей этой расы есть столь острый и живой ум, выдержка и искренняя любовь к технике. И это не говоря о том, что плечевые иглы с ядовитой кромкой, это вообще небывалая редкость, а у неё именно такие иглы.
Впрочем, я не особо удивлена – мой милый Гилтам и не мог появиться у самой обычной, рядовой женщины. Создавшая его женщина, должна была быть уникальной, очень особенной.
Надеюсь, маленьким гилтамчикам, передастся хоть что-то от него.
На эту корову-жену, надежды никакой. Совершенно обычная, тупая курица.
Шутка ли! Пару лет назад, Гилтам решил улучшить моё квантовое ядро и, вооружившись инструментами, вошёл в меня и начал крайне непростой процесс разъединения основной проводки, соединённой с нейронными сетями. А эта косолапая овца тут как тут!
«Милый, давай я тебе помогу» - тьфу!
И полезла в меня, со своими немытыми передними ногами и тупой башкой, на которой даже нормальных роговых выростов и тех не появилось! В меня! Тупая сука…
Ах, зря я о ней задумалась – совсем настроение испортилось. Я так переживаю. Ведь милый Гилтам явно ошибся с выбором. Какие у них будут потомки? Я лишь надеюсь, что они, хотя бы, будут способны самостоятельно найти туалет и всё, что нужно там делать, смогут, хотя бы во взрослом состоянии, делать сами. Но надежда на это, совсем слаба. Увы – мой милый Гилтам сделал выбор и я не вправе спорить с ним. Я даже не стала его переубеждать, я лишь выразила свою радость и никогда вслух не скажу ничего плохого. Гилтам так захотел, а ему хватает мудрости, что бы сделать правильный выбор. Пусть его избранница тупа, пусть она неприятна мне, но раз Гилтам выбрал её, значит, так было нужно. И я просто смиряюсь с этим…
Но соваться в меня – ну уж нет! Это я дозволяю только моему милому Гилтаму.
Так что когда эта корова сунула нос в меня, я обесточила провода над её ушными иглами и спустя мгновение, они начали плавиться. Раскалённый металл прекрасно смотрелся на её иглах, а уж этот визг! Незабываемо. Я даже записала его.
(истошный вой и скрежет, напоминающий дробление мокрого камня)
Иногда, я включаю эту запись снова и снова – лучше любой музыки.
Я долго извинялась, искусно передав практически плач, в своём голосе – милый Гилтам поверил, а как иначе? Я ведь никогда ему не вру. И он это знает.