Это было лишь разовое?
Мы поговорим об этом завтра?
Или теперь мы вместе?
Я не знала, что принесет завтрашний день, но в этот момент я чувствовала себя в безопасности. Я чувствовала себя счастливой. Я чувствовала себя дома.
11
Когда я лежал с ними в постели, обхватив Ривер ногами и запутавшись в простынях, а рука Тедди лениво покоилась на ее животе и поглаживала мою руку, мне было тепло. Эта женщина была здесь всего около десяти часов, а уже успела раскрыть во мне такие грани, о которых я даже не подозревал. Тедди медленно и нежно проводил пальцами по ее рыжим волосам, и в уголках его губ заиграла легкая усмешка.
Мне нравилось наблюдать за ней с Тедди, за тем, как ее тело идеально подходило к его телу. Мне нравилось смотреть, как она оседлала его лицо, пока я трахал его. Боже, он был таким охуенным. Мне всегда нравились анальные игры, но я никогда не думал, что мне так понравится трахать мужчину. Я видел, как глаза Тедди затуманились, когда он засыпал, он выглядел таким умиротворенным, свернувшись рядом с нашей девочкой. А теперь она действительно была нашей. Она была идеальной, и в тот момент я понял, что никогда ее не отпущу.
Меня устраивало все это, что бы между нами ни было и чем бы оно ни стало. Думаю, однажды нам придется разобраться в этом, но не сейчас. Сейчас я просто хотел существовать здесь, рядом с ними. Я чувствовал их кожу, лениво прижатую к моей, и позволял себе утонуть в этом ощущении комфорта, который дарило их присутствие. Глаза Ривер медленно закрывались, она погружалась в сон, и ее тихие всхлипы вызывали у меня мгновенный прилив крови к члену.
Значит ли это, что я бисексуал?
И имело ли это вообще хоть какое-то значение?
Я лежал без сна целую вечность, прокручивая в голове одни и те же сцены снова и снова, наблюдая, как они спят. Мои пальцы скользили по замысловатым цветам, окружающим большого лиса, выгравированного по центру спины Ривер. Три бабочки устроились рядом, касаясь ее лопатки. Маленькие звезды заполняли промежутки между этим узором. Темные цветочные линии струились по ее левой руке и останавливались чуть выше локтя. Две полосы колючей проволоки оплетали ее предплечье, завитки линий покрывали ее пальцы.
Она вздрогнула от моего прикосновения, когда я легкими движениями обвел пальцами контуры мандалы, тянущейся по ее правой руке. Я замер, дойдя до созвездия маленьких звезд, разбросанных на ее большом пальце, и накрыл ее ладонь своей. Мои веки налились тяжестью, и когда темнота сомкнулась, я позволил сну накрыть меня.
12
12 лет назад. 21 год.
Я со злостью швырнул уздечку на скамью в сарае, развернулся на каблуках и пошел через загон к дому, когда заметил, что ворота в конюшню рядом распахнуты настежь. Странно… Клянусь, я же их закрывал.
Я изменил направление, ускоряя шаги, пока приближался к раскрытым воротам. Я был уже в шаге от конюшни, когда до меня донесся слабый, женский смешок, эхом отражающийся от стен. Какого хрена?
Я подкрался ближе и заглянул в щель между каштановыми досками. В поле зрения мелькнула смуглая кожа, а на пол со звуком упала пара джинсов Wranglers.
— Тедди, да! — задыхаясь, простонал женский голос.
— Развернись и раздвинь свою идеальную задницу для меня, детка, — потребовал в ответ до боли знакомый голос моего брата.
Я тихо наклонился ближе, позволяя глазам рассмотреть женщину, едва скрытою за деревянными панелями, что разделяли нас. Она улыбалась, наклонилась и выставила брату свою круглую задницу. Тонкий белый кружевной лифчик был стянут наполовину, и ее сиськи выскользнули наружу, мягко подпрыгивая, когда она откинула попку назад, прижимаясь своей пиздой к Тедди.
Я почувствовал, как член напрягся в моих джинсах. У меня еще не было близости ни с кем. Но с тех пор, как Тедди исполнилось шестнадцать, он таскал в свою комнату каждую вторую девчонку в городке, так что увидеть одну под ним не было чем-то новым, разве что конюшня была сменой обстановки. Я до сих пор не понимаю, как мама с папой ни разу этого не заметили…
Темная фланелевая рубашка Тедди соскользнула с его плеч, когда он наклонился и осыпал ее шею поцелуями. Его рука скользнула вверх по ее позвоночнику и встретилась с его губами, другая же крепко сжала ее горло, пока он со звуком шлепнул ладонью по ее заднице. Я не мог оторвать глаз, от того как его мощное тело прижималось к ней, как его руки скользили по ее изгибам, как напрягались его бицепсы, когда он поднял ее с тюка сена и развернул лицом к себе, как его губы изогнулись в усмешке, когда он опустился перед ней на колени, вдохнул ее запах и припал ртом к ее блестящей щелочке, как он стонал, жадно пожирая ее. Он выглядел охуенно.