Мой настрой был боевым. Я потратил несколько часов на составление и оформление резюме на английском, после чего наткнулся на статью, в которой говорилось о том, что китайские работодатели обращают большое внимание на произношение соискателя. Я мог похвастаться неплохим североамериканским акцентом, поэтому для пущего эффекта записал ещё и видеобращение с кратким рассказом о себе и добавил ссылку на него в своё CV.
Разослав резюме всем, кого я только смог найти на англоязычных ресурсах, я сузил круг своих поисков до сайтов с доменом cn. Я не имел ни малейшего представления о китайском языке и, собственно, об иероглифах. Поэтому, найдя несколько местных аналогов русскоязычных сайтов-агрегаторов вакансий, я почти что вслепую, ориентируясь лишь по адресам электронной почты, отправил информацию о себе работодателям, ищущим исключительно Yīngyǔ lǎoshī (英语老师).
Первые ответы я получил уже на следующий день. Настолько быструю обратную связь можно было объяснить двумя факторами. Прежде всего, я проделал гигантский объём работы, охватив неприлично большое число работодателей. Это гарантировало мне даже самую минимальную конверсию. И, наконец, на дворе было лето, а это означало, что уже через пару месяцев стартует новый учебный год. Зная, что Китай является самой большой страной по численности населения, я предположил, что и детей там гораздо больше, чем в той же России. Именно поэтому школы со всех провинций активно искали иностранных учителей, готовых как можно скорее приехать к ним и начать преподавать.
Моя первоначальная радость довольно быстро сменилась разочарованием, посколько большая часть вышедших со мной на связь китайцев являлась посредниками. Именно от этого я пытался уйти, когда предпочёл не искать работу на русскоязычных сайтах. Но между агентствами по трудоустройству из России и Китая было одно важное отличие: первые брали с соискателя деньги за предоставляемые ими услуги, в то время как их азиатские коллеги подбирали школу бесплатно. Данный факт меня успокоил.
Договорившись о нескольких собеседованиях по Скайпу, которые должны были состояться уже завтра, я решил, что можно временно приостановить свои поиски и перестал оставлять отклики на ежедневно появляющиеся вакансии. Все без исключения работодатели, с которыми мне довелось пообщаться за следующую неделю, высоко оценили дизайн моего резюме и моё произношение. Это означало, что я мог свободно отметать предложения, условия которых меня откровенно не устраивали.
Наиболее предпочтительные для меня вакантные должности располагались в таких городах, как Пекин, Шанхай, Ханчжоу, Хойчжоу и Циндао. Тщательно взвесив все за и против, я оставил на рассмотрение лишь два варианта. От переезда в столицу я отказался из-за ужасной экологии. В Шанхай я не захотел ехать в силу дороговизны города, о которой постоянно говорил нам Филипп, хотя и признавал, что за ним будущее. Ханчжоу выпал из гонки просто потому, что я нашёл несколько сомнительных отзывов насчёт компании, предлагавшей мне там работу. Выбор сводился к Хойчжоу и Циндао.
Куда бы я в итоге не поехал, мне предстояло работать через посредника. Отличия заключались лишь в уровне заработной платы, местоположении города, возрасте детей, графике и условиях жизни. Я взял листок с ручкой и расписал наиболее очевидные плюсы и минусы, имеющиеся у обоих вариантов. Десять тысяч юаней против семи тысяч, самый юг страны против более северного расположения на берегу Жёлтого моря, детский сад против школы, тридцать часов в неделю против двадцати… Главное отличие касательно условий жизни заключалось в предоставлении бесплатного питания, потому что обе компании были готовы дать мне жильё.